Счастье малое, домашнее

С некоторых пор у неё вообще все мужчины вызывали только безграничный, парализующий страх. Но новость, что эти два метра тестостерона, оказывается, не могут иметь детей, вызвала в Маше лёгкую волну сочувствия. Даже не волну, а так – лёгкий всплеск, дескать, ах, как жаль. Она, дабы поддакнуть хозяйке, состроила скорбное личико и понимающе кивнула.

– Что ты там себе подумала? – всполошилась Ольга Викторовна. – Я не в том смысле, что он не может, а в том, что ходок мой Колясик и бабник. У него то одна девица, то другая.

Маша, опешив, моргнула. В первую очередь она подумала, что по одной девице в год – это не совсем бабник. Хотя, если он так зажигает лет с пятнадцати, то послужной список обширен и затейлив. Но это вряд ли. А ещё она тут же представила, как каждый год от этой Синей Бороды сбегает очередная жертва и так же, как Маша, спасается, ища место, где бы укрыться. У него на морде написано, что он не утончённый джентльмен и не сказочный принц. Мужлан с тяжёлым характером и не менее тяжёлым кулаком.

– Нет-нет, я просто подумала, как вам обидно, что внуков нет, – торопливо оправдалась Маша. – Вот и комнату в доме выделили. Вы не переживайте, будут ещё.

– А я переживаю, не получается не переживать, – вздохнула Ольга Викторовна. – У него сейчас, знаешь, такая вульгарная девица, перед соседями неудобно. Ещё и сюда привёз. Женщина должна быть тихой, кроткой и светлой, как ангел. А у этой пасть, как у акулы. Сожрёт она моего Колясика и косточки выплюнет.

Родительница пригорюнилась, а Маруся подумала, что Колясик сам кого хочешь сожрёт.

И пасть у него тоже, когда лыбится, – как у Чеширского кота. Поулыбается, а потом – ам, и нету никого. Только Колясик двухметровый облизывается.

– Ладно, – отмахнулась от грустных мыслей Ольга Викторовна. – В общем, ваша задача сделать так, чтобы он перестал шататься по ночам.

– Ваш сын? – ойкнула Маша, пытаясь сообразить, как она этого амбала заставит не шататься по ночам и заделать бабке внуков.

– Я про Феня, не про Колясика, – в сердцах рявкнула хозяйка.

– Лисёнка? – на всякий случай уточнила Маруся, запутавшаяся в потоках сознания разговорчивой пенсионерки.

– Ну не Колю же! – Ольга Викторовна подумала, что погорячилась, посчитав девицу умной. – Феня. Делай что хочешь, но чтобы ко мне он больше не лез. У меня из-за него переутомление и бессонница. И ещё. Приучи его к лотку. Надоели лужи на паркете. Это задача минимум. Спокойной ночи.