Герцог предоставил мне статистику, благодаря ей я выяснила что самая сильная концентрация «обезмаживания», вот я даже выдумала новый термин, происходит неподалёку от королевского склепа, и, как бы расходится кругами по всему королевству.
Значит источник либо в прежнем короле, либо в склепе, либо где там под землёй. Но я пока опасалась говорить королю, что надо будет что-то делать с телом его, пусть и не любимого, но отца.
А в лес граф пригласил меня посмотреть на озёра, где как раз добывалась белая и голубая глина.
Даже Эмма не стала проситься с нами, как будто понимала, что если мы хотим узнать друг друга, то нам надо побыть вдвоём.
Если бы я знала, что вода в озёрах тёплая, то я бы, конечно, подготовилась. Часть дороги мы проехали верхом, часть прошли пешком, дорога к озёрам была проторенная, недаром там добывали глину, но место добычи было в стороне. Из обоих озёр были сделаны небольшие протоки, ведущие в специально вырытые мы, где и скапливалась глина, откуда потом её доставали.
А сами озёра и место вокруг них оставались нетронутыми.
День был жаркий и мне захотелось поплавать. Я так давно не плавала, а здесь вода такая прозрачная, лазорево-синего цвета и казалось, что видно дно. Вокруг озёр был белый песок, местами покрытый голубым мхом, просто нереальная картина. Да и ещё, как будто бы что-то тянуло меня, какой-то зов, я не могла точно подтвердить или опровергнуть, но желание войти в воду с каждой минутой становилось всё сильнее.
Мы посидели с графом на постеленном покрывале, выпили лимонад, заботливо приготовленный Дидье.
Граф рассказал мне о графстве, открывая завесу тайны, почему короли не очень любят и очень боятся графов де Демартен. Размерами графство занимало половину королевства, и всё то, чем обычно живёт экономика государства, производилось или добывалось именно в графстве Демартен.
Граф даже поделился, что именно поэтому ему странно доверять молодому королю, но пока он не вилит за действиями Генриха двойного дна. И ему хочется верить, что он больше похож на своего деда, чем на отца.
Но разговоры так и не помогли мне отвлечься, и в конце концов желание войти в воду пересилило правила этикета, которые в принципе не были основными правилами моей жизни, и я сказала графу:
— Рено, вы не будете против, если я искупаюсь в озере?
Хорошо, что граф ещё не сбрил свою бороду, а только привёл её в более аккуратный вид, иначе я бы «умерла» со смеху, такое у него стало испуганное лицо, но борода добавляла брутальности и мне удалось сдержаться.
