По правде сказать, статус жены герцога пугал больше, чем какие-то разбойники.
Милисента поднялась и, пока я предавалась невеселым размышлениям о своей будущей жизни, хлопотала над сундуком со скудным скарбом.
— Миледи, какое вам платье приготовить: голубое или лиловое? — крикнула она.
Да, гардероб мой не отличался разнообразием. Положили лишь необходимое. Да и не нужны мне сейчас наряды.
— Лиловое, Милли, — ответила я. — И подготовь костюм для верховых прогулок, замшевые сапожки и твой дорожный саквояж.
— Мой? — удивилась служанка, заглядывая в спальню.
— Разумеется, твой! Ведь именно ты с сегодняшнего дня Мелисса Рорк, а я лишь скромный начинающий маг из глубинки — Милисента Бьорн. Так что, все по честному: тебе — сундук, мне — саквояж.
— Ой, а у меня и нарядов для пансиона нет, — испуганно прижала ладонь ко рту Милли.
— За это не волнуйся. Скажешь, что выехать пришлось спешно по приказу короля. В подобных местах обязательно найдется хорошая модистка. Порой не хуже столичных. Чтобы дамы не заскучали.
Сошьют что угодно, только плати. А деньгами я тебя обеспечу."
"Следующие полчаса мы тренировали приказной тон. Получалось скверно. И хотя Милли от леди Грейс переняла немало полезных умений и знаний, уверенности ей недоставало.
— Хорошо, — наконец, сдалась я. — Не можешь быть властной, будь капризной. Повторяй за мной: О, этот ростбиф никуда не годится! Замените его на треску в креветочном соусе. И, будьте любезны, подайте пару ломтиков лимона! Не забудь брезгливо поджать губы.
— Но я не хочу треску, — Милли скривилась точь-в-точь, как я ее только что просила.
— Я всегда рыбе предпочту мясо. А еще лучше десерт. Как вы считаете, миледи, в Макнайте подают ореховые пирожные с творожным кремом и клубникой?
— Наверное, подают, — пожала плечами я. — Многие девушки любят сладкое, а там хорошие повара. Но все же леди стараются себя ограничивать и едят довольно мало.
— Эх, да, — очень искренне, огорченно вздохнула Милли. — Вы питаетесь словно птичка. Если я буду съедать столько же, то ноги протяну.
Мне без сладкого жизнь не мила.
Она слукавила, сравнив меня с птичкой. Да, я не жую с утра до вечера, не ношу в карманах сладости и булки, но за столом люблю обильно и вкусно поесть. А вот ее следовало успокоить, ибо хлеб насущный для Милли был гораздо важнее всего остального.
— Никто тебя и не просит голодать. Мою личину ты проносишь лишь до отъезда из замка. Слуги знают, как я выгляжу, а гвардейцы, которые будут сопровождать тебя, нет.
