Счастье по завещанию. Книга 2

 — Итак, что я чувствую к мэтрессе Бьорн? Что бы это ни было, но эти чувства не позволяют мне дышать вдали от нее, заставляют постоянно думать лишь о ней, мчаться через всю страну в надежде увидеть ее глаза! Что я чувствую к моей Лисси? О, я убью любого, кто посмеет встать между нами, будь то друг, брат или даже сам проклятый бог!

Демиан тяжело дышал, словно долго-долго бежал и резко остановился. Зеленые глаза горели, а на лбу выступила испарина.

— Что я чувствую к мэтрессе Бьорн? — снова повторил он.

 — Эта девушка — мое дыхание, моя судьба, моя жизнь и мой мир. И я не могу допустить, чтобы между нами стояла ложь! Я поговорю со своей женой, но хочу, чтобы ты слышала каждое мое слово!

— С женой? — это все, что я смогла из себя выдавить. Как, пустота его побери, он намерен это сделать? Откроет портал в аббатство?

— Лисси, присядь в кресло. Уверяю, разговор не займет много времени, а ты получишь подтверждение моих честных намерений в отношении тебя. Надеюсь, главная жрица Пресветлых, достаточно надежный свидетель?

Я же даже кивнуть была не в состоянии.

Совершенно нелепая ситуация. И моя неожиданная немота только все усложняла. Хотя, кажется, Демиан и не ждал никакого ответа.

Он поставил полог тишины и достал артефакт, в центре которого сиял талум. Диск из серебристого металла горел на его ладони. Ничего подобного мне видеть не приходилось.

— Сейчас, — чуть улыбнулся он мне, притихшей и едва не теряющей сознание от волнения и страха.

Лисси, соберись! Ты можешь! Похоже, правду придется говорить сразу и всю. Тем лучше.

Внезапно пространство вспыхнуло, образовывая окно, из которого на нас смотрел король, прекрасная седовласая женщина в одеждах жрицы Пресветлых и Милли.

— Георг? — Демиан был удивлен, а значит, его план дал трещину и что-то пошло не так.

Глава 13

Накануне событий, описанных выше…

Георг не находил себе места после разговора с братом.

Мальчишка! Да как он посмел нарушить монаршую волю!"

"Возможно, слишком рано Демиану пришлось повзрослеть.

Ведь королю необходима была его помощь. Лишь ему он мог всецело доверять. Ему и Торнборну. Еще своей интуиции, оставшейся с тех времен, когда драконы делились кровью с Рорками. До того страшного момента, когда началась война, и, невзирая на запрет Пресветлых, предки все же отправились в зону боевых действий.

Но тогда невозможно было усидеть на месте. Горел Гаэс. Горела Ландора.