Счастье по завещанию. Книга 2

Мне лично хотелось бы получить подшивку «Вестника Ондории» за прошлый год, для подготовки доклада о политической обстановке Гаэса, — ляпнула я и вдруг поняла, что мне действительно необходимы издания других стран Ландоры. Ведь именно там я могла увидеть того самого аристократа из храма, которого выдавал акцент. В том, что жрец принадлежит высшему сословию, не сомневалась. — Возможно потом мне понадобятся и другие подшивки, ведь только библиотека Тесшира располагает столь редким и ценным материалом. И, мэтр, я очень надеюсь на вашу помощь.

Кажется, Извур заглотил наживку, и мой ответ ему пришелся по вкусу. Он посмотрел на Дирка и спросил с издевкой:

— Тебе тоже нужна моя помощь?

— Обойдусь, — хмуро буркнул Тайри и прошел в зал.

— Вы бы тоже шли, мэтресса, — попросили меня. — А подшивочку я сам вам доставлю.

— О, благодарю вас, добрый мэтр, — улыбнулась я и поспешила за Дирком.

Тайри уже успел положить на стол несколько увесистых томов с трудами магов древности. Возможно, в них и было нечто полезное, но сейчас они служили ширмой, скрывающей нас от библиотекаря.

«Вестник Ондории» опустился передо мной спустя несколько минут.

— Публикация востребована, у вас пара часов, мэтресса, — предупредил Извур, с превосходством глянул на Дирка и ушел.

Я же, чтобы не терять времени достала рисунок третьего артефакта.

— Видел что-то похожее?

Тайри задумался, а потом пошел к стеллажам. Вернулся он с огромным фолиантом «Древнее наследие Гаэса. Артефакты. Ритуалы. Заклинания».

— Перстень древний, а здесь почти все есть.

Я же согласилась и стала листать газеты. Не знаю, как Гаэс добывал вражескую прессу, ибо от одних заголовков статей становилось не по себе. Оказывается, Ондория освобождала мир от насильственной магической тирании. Разумеется, ни слова о темном боге, лишь призывы к военному бунту. Причем, настолько умелые и политически оформленные, что даже я, будучи магом, прониклась.

Кроме открытого разжигания военного конфликта, «Вестник» оказался обычной газетой, где освещались и все новости от балов до распродаж лошадиных хомутов и некрологов.

И вдруг я увидела его. Да, сомнений быть не могло — с фотографии на меня смотрел ЖРЕЦ проклятого бога, тот самый, кто называл Клариссу «змейкой». Хотя, по сравнению с его ядом и коварством, она действительно была «змейкой». Вернее, «змеенышем», которому еще расти и расти до своего учителя.