Счастье рыжего цвета

А потому бросил в экран планшета фразу с извинениями, пояснив для того, кто был на связи:

– Извините, звонит мама, я не могу не ответить!

Партнер из Китая понимающе покивал соглашаясь.

Влад готов был услышать все что угодно, но точно не это:

– Владик, запонки ваши фамильные пропали! Все обыскала, нету!

""Твою ж мать!"" – выругался он мысленно."

"– Мам Маш, я понял. Спасибо! Это все или еще что-то пропало?

– Нет, все! – выдохнула испуганно, поняв, что отвлекла своим звонком от дел.

– Ладно, я перезвоню.

С китайцами закончу и перезвоню тебе.

Перезвонить он смог только через два часа. А перезвонив, не услышал для себя ничего нового. Запонки не нашлись. Оставался один вариант: их взяла та самая девица. Как там ее? А, вспомнил! Ангелика.

Звонить в полицию он не хотел. Запонки. Подумаешь? Но разве ж они поймут, что запонки эти принадлежали еще его прадеду. Он сам получил их от матери на свое 18-тилетие. Запонки были сделаны на заказ еще его прабабушкой в подарок своему мужу.

Их не продали и не выменяли на еду даже в войну. Запонки были классические, ничего вычурного: обычные прямоугольники с выгравированной первой буквой их фамилии Рейнберг. Сделаны они были из белого золота и имели всего по одному черному бриллианту, к слову, не самому крупному. Да, не самые дешевые, но и не самые дорогие. Сейчас есть и красивее, и дороже. Но эти запонки передавались в семье Рейнберг из поколения в поколение. Влад был третьим, кто их носил: прадед, дед и вот он.

Против органов полиции Влад ничего не имел, просто не хотел, чтобы о пропаже стало известно.

Если ты не готов звонить в полицию, значит, надо звонить тому, кто может, а главное, знает, как этот вопрос решить. И такого человека Влад знал: Саня Сиплый. Впрочем, сейчас, когда он обзавелся женой и приемным сыном, переехал в другой, более престижный район, называть его ""Саня"" язык у Влада не поворачивался. Он пробовал ""Кум"", и тут уже Игорь смеялся над другом, когда услышал это в первый раз. Это уже была отсылка к их общему с Саней криминальному прошлому. Значит, остается Александр или, как многие, по фамилии.

Влад вздохнул и набрал Александра.

– Привет женатикам! – приветствовал он друга. – Не разбудил?

– Нет. Ты же знаешь, что я рано встаю. Как сам? Голова не болит? – проявил друг участие в его судьбе. – А другие части тела?

– Иди ты! – отмахнулся Влад, поняв, на что друг намекает. – Сань, я к тебе, вообще-то, по делу звоню.