Счастье с отсрочкой

Миссис Меган пыталась познакомить тебя после несостоявшейся свадьбы с кем-нибудь более достойным, на ее взгляд, чем я?

Жар вмиг залил щеки и горячей волной пронесся по телу. Дэниар попал в точку.

– Да, но мама довольно быстро бросила затею.… – севшим голосом проговорила я.

– Почему ты так и не вышла замуж? – сменил он внезапно тему. – Пять лет долгий срок. Я был удивлен, узнав, что ты по-прежнему свободна и даже ни с кем не помолвлена. Неужели не поступало предложений?

Не выдержав пристального взгляда мужа, я опустила глаза и уставилась на свои пальцы, комкавшие мягкую ткань платья.

– И не раз. Но я все их отклонила. Мне никто не нравился. Один претендент на роль мужа был ровесником отца, другой – хромой, третий – немного косоглазый... У каждого, кто просил моей руки, я находила изъяны. Наверное, в душе я все же надеялась, что однажды ты вернешься, хотя и не сознавалась себе в этом. В отличие от мамы, тетушка действовала напористее. Просто поставила меня перед фактом и изо дня в день заставляла подписать документы на брак.

Морила голодом, угрожала, пыталась опоить зельем подчинения... Дэниар, я собиралась сделать Алексу предложение только от отчаяния. У меня не было другого выбора.

Муж протянул руку к моему лицу, нежно коснулся пальцами щеки и печально улыбнулся.

– Знаю, Айрин, и корю себя за несдержанность, за каждое оброненное слово… Возможно, если бы наша встреча состоялась при других обстоятельствах, как я планировал изначально, ее исход был бы другим.

Но тем вечером с первых секунд все пошло не так… Родителей дома не оказалось. Не успел я пройти в гостиную, как появилась ты и предложила мне, полагая, что перед тобой Алекс, жениться на тебе. Представляешь, каково мне было? Я ведь пять лет считал, что ты из-за него решила от меня избавиться. И тут такое заявление… Увидел на тебе блокатор магии и во мне началась борьба. Одна моя половина радовалась, другая порывалась защитить тебя. Не знаю, как я сдержался и не придушил твою тетушку, когда понял, чьих рук дело. Для меня блокатор тоже, что для быка красная тряпка, – голубые глаза Дэниара полыхнули яростным огнем. – Я проходил в нем почти пять лет. Мне ли не знать, кем считает себя тот, кто его носит. Рабом, пленником, заключенным… Кем угодно, но точно не свободным человеком. Он мешает есть, думать, спать…

– А как ты планировал все изначально? – мое сознание зацепилось за эту фразу и не давало теперь покоя.