– Успокоилась? – усмехнулась я.
Элина смотрела на меня и только хватала ртом воздух.
– Где те вещи, что Миша должен забрать у тебя?
– Кать, я уже взял, – у него на коленях лежал альбом."
"– Хорошо. Ключи от его квартиры! – рявкнула я на эту мокрую курицу.
– В коридоре, на полочке, – прошипела она.
– И сотри его номер телефона! Поняла? А то, ты меня знаешь, в следующий раз будут чернила.
– Идиотка! – огрызнулась она мне.
– Вот твои ключи, – Миша выложил их на стол, – Кать, пошли отсюда.
Мы забрали ключи от его квартиры и вышли.
Из города выезжали молча. Он изредка бросал на меня взгляды. Я сидела с закрытыми глазами, откинувшись на спинку сиденья.
– Ну, говори уже, – выдохнула я и открыла глаза.
– Я думал, что ты спишь.
– Ты так громко думаешь, что спать у меня здесь не получается. Да и хочется в душ сходить, отмыться от её слов.
Я, конечно, не ханжа, да и одета Элина была очень даже сексуально, но вот слова её гадкие, про маму Зою и её девочек, не шли у меня из головы. И Михаил, словно прочитав мои мысли, сказал:
– Кать, я должен кое-что прояснить.
Элина там говорила про маму Зою. Да, есть у нас такая особа в городе. Проститутками командует. Мы тогда с Элиной оба пьяные были в дым, ну и ей захотелось секса втроем.
– Миш, не продолжай, не надо. Я не ханжа.
– Хочу, чтоб ты знала, я твоё имя никогда не упоминал, – он помолчал, потом добавил:
– Разве что во сне мог.
– Да, во сне мог, – я утвердительно кивнула на его удивлённый взгляд, – сама один раз слышала.
Он, усмехнувшись, мотнул головой. Потом, помолчав, спросил:
– Кать, а что она там про примерочную говорила, я не понял.
– Умеешь ты, Миш, вопросы задавать, – я вздохнула, – ладно, раз уж у нас сегодня вечер расстановки всех точек над нужными буквами, расскажу.
Я вздохнула, собираясь с духом.
– Помнишь, я в магазин за тапками и пижамами уезжала?
Он кивнул.
– Я в тот день встретила её в своём любимом магазине нижнего белья. Я там пижамы и тапки нашла, а она там с новым Зайчонком была.
Нижнее бельё примеряла. Я зашла к ней в примерочную и предложила ей отправить Зайчонка домой, а нам поговорить, – я опять вздохнула, вспоминая ту нашу встречу. Потом собралась с духом и на одном дыхании выпалила:
– А она отказалась. И добавила, что, цитирую, если бы я не зарилась на чужое, то все были бы живы.
– Сука! – выдохнул Михаил.
– Потом я очнулась от того, что врач мне нашатырь совал. Я в обморок упала, а она меня в примерочной оставила и ушла.
