Счастливая Россия

Баландян приложила палец к губам, показала куда-то вверх. А, это она рычажком еще и какую-то заслонку открыла, ясно.

– Снимаем, снимаем, – буркнула сотрудница, не поднимая головы. – Всё как есть.

Филипп оглядел фигуру клобуковской супруги – ничего баба, подходящая. Молодая, лет тридцать. Плотненькая, но не жирная. Где надо широкая, где надо – тонкая. Наверно, спортсменка. Ноги только малость коротковаты. И мордашка не сказать чтоб особой красоты, однако ничего, с огоньком.

Ждал, что арестованная станет препираться.

Появилась возможность оглядеть ее женские места. Ну что сказать? Грудки подходящие. Не подумаешь, что дважды рожала. Снизу тоже такое аккуратненькое всё, ладное. Повезло Антохе.

– Разделась, и что? – подбоченилась задержанная.

Ого, сказал себе Бляхин, переводя взгляд на лицо. Свежедоставленные всегда бывают ошарашенные, бестолковые, перепуганные. Даже те, которые хорохорятся. Эта тоже была взъерошенная, но не напуганная, а злющая.

С характером бабенка. Поди, вертела рохлей Клобуковым, как хотела. Ничего, Шванц тебя сейчас обломает.

Тетка-сержант лениво поднялась.

– Буду производить внутренний осмотр. Повернуться кругом. Встать на колени, опереться локтями на пол… Нет, головой туда.

Сотрудница мельком оглянулась на окошко, по каменной физии скользнула улыбка. Нарочно ставит так, чтоб развернуть всем хозяйством к фотоаппарату, сообразил Бляхин.

Арестованная встала, как велено.

– На, любуйся, проктолог-гинеколог.

От такого зрелища Филипп аж засопел, а Баландян пихнула его локтем в бок, тихонько хихикнула:

– Ширинка не треснет?

Тут и Шванц вошел. Деловой такой, энергичный.

– А-а, кандидат медицинских наук гражданка Носик! Извините, что вторгаюсь во время досмотра. Это для экономии времени. Я веду ваше дело, а оно у нас проходит как внеочередное по срочности. Позвольте представиться: капитан госбезопасности Шванц Соломон Акимович.

В первую секунду Носик хотела подняться, но сержант с неожиданным проворством схватила ее за голову и пригнула обратно.

– Без приказа не вставать!

– Кыш отсюда, волдырь гнойный! – крикнула задержанная. – Кыш, я сказала!

Да как отпихнет сотрудницу! Вскочила на ноги, пошла на Шванца. Руки в боки, не прикрывается, рожа от ярости вся перекошенная.