– Там нас Мортен найдет. Можем взять такси и поехать в центр. Но я живу в десяти минутах отсюда. Давай купим джин и выпьем его у меня. – Бартек не верил, что говорит это, и почувствовал себя глупо. Майя отряхнула юбку.
– Да, собственно, отчего бы и нет?
11В обеденный перерыв Мортен Рынке-Блинди лучился энергией. Стену в ресторанчике, где они ели на этот раз, заполняли бутылки вина.
– Успокойся, пожалуйста, – сказал Бартек. – Я глаз не сомкнул.
– И ничего?
– Ну, говорю же. Сменял одно на другое. Я свое в жизни уже отоспал.
Пахнет от меня?
– Совсем немного. Ну, вы здорово напились, ага-ага. Рассказывай лучше. Что-то ты мне все-таки должен, в конце концов.
– Да ты просто привязался, вот и все.
– Слу-ушай, а кто ее привел к этому самому кладбищу? Кто пошел спать именно тогда, когда надо было?
– Смеешься, наверное.
– Да так оно все и было! Не хочешь, не говори, мне-то все равно, но как кредитор имею к тебе одну просьбу. Ты смотри не влюбись, потому что с этой гречанкой что-то очень сильно не так.
Не знаю что, но точно. Так что прошу, на правах кредитора. Не влюбись. Мы для этого уже слишком старые.
12Пятничным вечером они приготовили вместе обед: ножи, только что извлеченные из упаковки, лежали в ряд, ожидая своей очереди. Бартек поставил картофель в духовку и начал резать по очереди свиную вырезку, салями и курицу. Майя приготовила сыры и приступила к растиранию приправ. По кухне разнесся сильный запах розмарина. Они включили нагреватель для раклета[11], и Бартек объявил, что вскоре надо будет подготовить стол.
Майя разложила скатерть на кухонном полу, и там они и поели, запивая вином.
– Тебе бы пригодился кот, – заметила она с полным ртом. – Крутился бы здесь и доедал остатки. Я просто не представляю себе жизни без котов.
– Ну, живешь же как-то.
Мясо и сыр закончились. Майя растопила горький шоколад, макнула багет и начала его кормить. Рука у нее чуть дрогнула, и теплая бронзовая паста потекла Бартеку на подбородок. Девушка размазала ее в широкую улыбку, подчеркнула скулы, поцеловала в лоб и сказала, что он ужасно смешной.
13Легли голыми на кровати у раскрытого лэптопа и ставили друг другу по очереди свои любимые песни. Майя не хотела и слышать о Греции: выбирала треки Linkin Park и Питера Гэбриэла. Бартек припомнил, как много значила для него музыка. Треки, что он считал серьезными, сейчас показались ему глупыми. Эти длинноволосые мужики в обтягивающих штанах. Эти оперные запевы. Синхронные движения на концертах.
