Все поправляются, Вано уже смеяться снова начал, наедине плакал и спасибо говорил. Первый раз увидел слезы у нашего здоровяка. Припомнил ему, сколько сам ему должен, тот сказал, что квиты уже давно. Дескать, он меня просто с поля боя вытаскивал, а я его второй раз из плена достаю. Я хотел пошутить насчет последней гранаты, но Вано отреагировал всерьез.
– Командир, хоть верь, хоть не верь, а была граната, даже под себя положил, не взорвалась, сука такая.
– Как это? – удивился я больше тому, что граната не сработала.
Насчет Вано-то как раз все понятно, легко верю, что на гранату ляжет.
– Немецкая оставалась, «толкушка», какая-то бракованная попалась. Шнурок дернул, а она, сука, не работает.
Поржали дружно, хотя это и не смешно. Как представлю, что Вано мог погибнуть, да еще так страшно, аж жутко становится.
В один из дней, когда я вдруг устроил себе внеплановый выходной, что-то хреновато себя чувствовал, к нам домой заявились менты.
– Здравия желаю, товарищ майор, чем обязан? – встретил я старого знакомого опера.
– Да вот хотел посоветоваться с тобой, может, подскажешь чего дельного, – раздевшись и пройдя на кухню, начал мент.
– Рассказывай, – кивнул я и поставил греть чайник. Время к обеду подходило, но решил гостя хотя бы чаем угостить.
– Понимаешь, дело тут такое произошло, я в конторе добро получил на общение с тобой, так что расскажу по порядку.
А дело было так. Два дня назад ночью ограбили воинский склад. Ушло четыре автомата, старых ППШ, гранаты и форма. Менты с ног сбились, не знают, куда еще копать, вот и пришли ко мне.
– Жалко, что затянул так надолго, – медленно произнес я, обдумывая услышанное.
– Да вот, не сразу подумал. Пока отработали обычные версии, пока думали, что скажешь?
– Склад охранялся?
– Конечно. Двое часовых на улице и один внутри. На улице один был на воротах, второй у самого склада. Третий, что был внутри – погиб. Одного ранили.
– Ранили того, что у склада стоял?
– Ну да.
– Дело ясное, что дело темное, – скаламбурил я. – Как погиб часовой?
– Один удар ножом.
В шею справа, не разрез, а именно удар. Тот, что раненный был, просто оглушен чем-то тяжелым по голове, там сотрясение мозга и чуток скальпирован череп.
– Приклад, – тихо произнес я, скорее сам себе.
– Похоже, – кивнул опер, – удар сзади, под шапку, видимо, соскользнул приклад.
– Возможно, возможно. Следы были, где стоял убийца, когда наносил удар? Лицом к лицу?
– Вот этого не скажу, непонятно было. Там пол деревянный, особо ничего не увидишь.
