Счастливый торт Шарлотты

Зеленого цвета с белой гладкой вышивкой на груди и рукавах. Кожаный ремень опоясывал талию. Мда уж — испачкана я была так, что хозяева замка должны принять меня за бродяжку.

Меня охватил страх — кто знал, что меня там ждёт. А вдруг прогонят или собак спустят — могло быть всякое.

Было еще очень рано, я не посмела поднимать шум и решила отсидеться, спрятавшись за большим кустом жасмина, росшим у ворот. Я решила только на минутку закрыть глаза — веки казались тяжелыми, а голова гудела.

Не знаю, сколько я проспала, но разбудили меня гортанные возгласы:

— Бедняжка! Живая ли вообще! Алун! Алун! Скорее беги сюда!

Я открыла глаза и торопливо поднялась.

— Откуда ты, дитя? — спросила женщина. Видя, что я жива, она немного успокоилась. Я же раздумывала как объяснить почему я оказалась под воротами и кто я такая.

— Меня зовут Шарлотта, — наконец выдавила я из себя. — Меня похитили какие-то люди и мне удалось убежать сегодня ночью.

Женщина охнула, прижав руки к лицу, а рядом с ней возник мужчина с шапкой седых волос. Он зачем-то держал в руках наперевес какой-то инструмент, похожий на вилы.

— Что ты раскричалась, Эйра, — ворчливо произнёс он, но тут заметил меня, — господи боже, а это что такое!

Эйра принялась ему объяснять то, что только что услышала от меня.

— Ах, черти! Опять они здесь объявились, когда уже верёвки на их шеи найдутся. Откуда ты, девушка? — повторил он вопрос Эйры.

Хороший вопрос, знать бы, как на него ответить.

— Я ничего о себе не помню, — наконец сообразила я. — Наверное, они ударили меня по голове, когда похищали.

Про жениха я решила умолчать, потому что никакого жениха я знать не хотела. А если он меня ищет, то пусть не найдёт. Я сообразила, что нужно было назваться вымышленным именем. Поздно, конечно, сообразила.

Алун и Эйра шушукались между собой.

— Может она сама из этих головорезов, вдруг это ловушка, — дядечку одолевали сомнения.

— Алун, не выдумывай — девушка из благородных, сразу видно.

— А то благородных в разбойниках не бывает, не смеши меня, женщина!

Я вспомнила лицо Сайориса и подумала, что происхождение, конечно, даже под слоем грязи и ужасными манерами не спрячешь. Что во мне было такого благородного на вид, я не знала. Им было виднее. Я стояла и молча ждала своей участи. Ужасно хотелось пить"

"— Надо сэру Лливелину сообщить. Мы не можем привести её в дом без его разрешения.