Ты когда-нибудь ездила на Манхэттен, когда жила в Бруклине? – И тут меня осеняет: – Эй, а почему у тебя нет бруклинского акцента?
– Может, потому, что мои родители не были коренными ньюйоркцами. Папа из Огайо, мама выросла в Калифорнии. Наверное, я говорю так же, как они. И конечно, я бывала на Манхэттене – или ты думаешь, что всю свою жизнь я провела под Бруклинским мостом, словно тролль?
Я фыркаю.
– И даже бывала в Верхнем Ист-Сайде?"
"– Конечно. У меня была подруга, которая жила… – Элли делает большие глаза.
– Офигеть! «Хейворд-Плаза». До меня только что дошло.
Выражение благоговения на ее лице вызывает у меня широкую улыбку.
– Ты владеешь отелем «Хейворд-Плаза»? – восклицает Элли.
– Я лично? Нет. Но когда-нибудь, наверное, унаследую. Мамина семья, Хейворды, владеет недвижимостью по всему миру. В большей степени отелями, но еще у нас есть тот крутой жилой комплекс в Абу-Даби, построенный почти целиком из стекла. Он…
– Так, лучше тебе замолчать, а то мне уже хочется ударить тебя.
Честное слово, представить себе не могла, что ты настолько богат. Даже не пойму, то ли это меня заводит, то ли, наоборот, убивает все желание.
– Заводит, – немедленно отзываюсь я. – Все во мне тебя заводит, помнишь?
Она фыркает.
– Ну-ну, как скажешь.
Нахально улыбаясь, я показываю на разные части своего тела.
– Мое лицо? Сексуальное. Грудь? Сексуальная. Я бы перевернулся и показал тебе свою задницу, но мы оба знаем, что она тоже сексуальная, так что останусь лежать.
Мой член? Охренеть какой сексуальный. А теперь перейдем к нефизическим офигенным качествам Дина.
– Говорить о себе в третьем лице – несексуально.
Я игнорирую шпильку Элли.
– Во-первых, я восхитительный. У меня непревзойденное чувство юмора, само собой.
– Само собой, – сухим тоном повторяет она.
– Я необычайно талантлив в искусстве беседы.
Она кивает.
– Конечно, когда речь идет о тебе.
– Конечно. – Я притворяюсь задумавшимся. – О, и еще я телепат. Честно. Мне всегда известно, о чем думает другой человек.
– Да? И о чем же я сейчас думаю? – вызывающе спрашивает Элли.
– Ты хочешь, чтобы я заткнулся и снова тебя трахнул.
Она в изумлении качает головой.
– Ни черта себе! Серьезно, я именно об этом и думала.
Я усмехаюсь и стучу пальцем по своему лбу.
– Говорил же, телепат.
– Мои поздравления. – Элли вздыхает. – Сколько презервативов ты взял?
– Один.
– Двоечник. Сунь руку вон в тот ящик – там должна быть еще парочка.
