Хотя в процессе куда-то подевались его трусы – этот факт не ускользает от моего внимания, потому что его спортивные штаны висят на бедрах так низко, что я почти могу видеть его… короче говоря, те его части, которые мне видеть не хочется.
Но он по-прежнему с голой грудью, а на щеках играет легкий румянец.
– Ты серьезно только что подрочил? – спрашиваю я.
Он кивает так, будто это самое обычное в мире занятие.
– А ты думала, я буду сидеть с синими яйцами и спокойно смотреть кино?
Я изумленно таращусь на него.
– Значит, пока я в доме, трахаться ты не можешь, а вот подняться наверх и сделать это – вполне себе?
Он улыбается хищной улыбкой.
– Я мог бы сделать это и здесь, но тогда бы ты не смогла устоять и помогла мне. Я просто старался быть вежливым.
Трудно удержаться и не закатить глаза. Собственно, я и не сопротивляюсь этому порыву.
– Поверь, я бы смогла удержать себя в руках.
– Когда мой член был бы здесь, прямо у тебя на глазах? Ни за что. Ты бы не смогла устоять. – Он выгибает бровь. – У меня отличный член.
– Ага, конечно.
– Ты мне не веришь? Я могу показать тебе фотку. – Он тянется к телефону, лежащему на кофейном столике. Но, передумав, хватается за пояс спортивных штанов. – Хотя зачем? Я могу показать его живьем, если хочешь.
– Не хочу. Ни капельки. – Я показываю на телевизор. – Я уже выбрала, вот этот. Смотрел?
Дин, скорчив гримасу, смотрит на постер фильма на экране.
– Господи, и ты выбрала это? Мы могли бы посмотреть как минимум три новых ужастика. Или всю фильмографию Джейсона Стэйтема.
– Никаких ужастиков, – решительно заявляю я. – Мне не нравится, когда страшно.
– Ладно, тогда давай посмотрим какой-нибудь боевик.
– Насилие мне тоже не нравится.
От досады Дин втягивает щеки.
– Куколка, я не собираюсь смотреть кино про… – он, прищурившись, читает описание с экрана, – «женщину, которая пустилась в судьбоносное путешествие после того, как ей диагностировали неизлечимую болезнь». Да ну на хрен!
– Он должен быть классным, – возражаю я. – Этот фильм выиграл «Оскар»!
– А ты знаешь, какие еще фильмы выиграли «Оскар»? «Молчание ягнят», «Челюсти», «Изгоняющий дьявола».
– В голосе Дина слышится надменность. – И все это – фильмы ужасов.
– Мы можем спорить об этом всю ночь напролет, но я не собираюсь смотреть ничего из того, где есть кровь, акулы или взрывы. Смирись уже с этим.
Дин сжимает зубы, а потом тяжело вздыхает.
– Ладно. Если пытки этим дерьмовым фильмом мне не избежать, тогда, пожалуй, сперва выкурю косячок.
