"
"Я неловко дергаю замок клатча – мне нужно вызвать такси и сказать Ханне, что я уезжаю. Но Дин выхватывает сумочку из моих рук, вызывая в свой адрес несколько сердитых ругательств.
– Верни мне мою сумочку, пожалуйста.
– Нет. Сначала расскажи, почему злишься на меня.
Я ничего не отвечаю.
– Хватит вести себя как избалованный ребенок. Поговори со мной, черт побери!
– Почему бы тебе не вернуться к Пенелопе? – предлагаю я. – Уверена, она с радостью поговорит с тобой. А если повезет, то еще и засунет свой язык в твою глотку.
Он ошеломленно смотрит на меня, а потом начинает смеяться.
– Ты ревнуешь меня к Пенелопе?
– Я не ревную, – отвечаю я холодным тоном. – Мне просто не нравится, когда меня обманывают.
– И когда это я тебя обманывал? – искренне изумляется Дин.
Мое лицо вспыхивает. Будь все оно проклято. Будь проклят он. И я – за то, что дала ему власть вызывать во мне… Боже, я уже даже не знаю, что сейчас чувствую.
– Ты обещал, что сообщишь мне, если решишь переспать с кем-то другим, – обвиняющим тоном говорю я.
– Но я не спал с ней.
– Ханна сказала, что ты целовал ее.
– Нет, это она целовала меня. Или, по крайней мере, пыталась. Я сказал ей, что мне это не нужно.
– Ты так сказал?
Мой гнев немного утихает, и я борюсь с собой, чтобы не смягчиться. Неважно, что сделал или не сделал Дин. Наш роман все равно развивается в некомфортном для меня направлении, так что пришло время вернуть все на круги своя.
– Да, так и сказал, – отвечает он, – потому что вопреки тому, что ты думаешь, я человек слова.
И я обещал тебе, что не буду спать с другими девушками.
– Хорошо, я тебе верю. – Я сглатываю ком в горле. – Теперь мне можно уйти?
Я пытаюсь забрать у него свой клатч, но Дин отводит руку.
– Ты все еще злишься, – ровным голосом говорит он.
– Нет, не злюсь.
– Обманщика не обманешь, куколка, – резко говорит он.
– То есть ты хочешь сказать, вся эта история про «это она меня поцеловала» – обман? – огрызаюсь я.
– Нет, я хочу сказать… – он сердито матерится, а затем медленно выдыхает, – что ты никуда не пойдешь, пока не объяснишь, что происходит. И знаешь, уж если кто-то и должен злиться, так это я.
Я с удивлением смотрю на него.
– С чего это?
– Из-за твоего фокуса в стиле Гудини меня стебут на протяжении двух дней, – мрачно говорит Дин. – Прошлым вечером под моей подушкой обнаружилась бутылочка со смазкой и запиской от Гаррета: «Для твоей попки».
