Сдавайся, это любовь…

Смыкала губы, образуя тугое кольцо, легко скользящее по его стволу. Языком повторяла очертания выпуклых дерзких ве́нок, а пальцами легко и дразняще поглаживала твердые яички.

Я все углубляла и углубляла вхождение, упиваясь его округляющимися от удивления глазами. А когда головка стала едва ли не касаться горла, Кирилл сдался, взвыл раненым волком и сделал то, о чем мечтал… Намотал волосы на кулак и толкнулся с силой.

Дыхание перехватило, но меня было не остановить. Я вновь и вновь встречала его каменный член дразнящим поглаживанием языка.

Он продолжал контролировать толчки, грубо сжимая волосы одной рукой, а пальцами второй скользил по лицу.

В этом не было пошлости, я не испытывала брезгливости, наоборот, так отчаянно ждала взрыва его удовольствия, хотелось утонуть в темноте его шального взгляда и испить его до самой последней капли.

Эти мысли и собственная безудержная фантазия раздували во мне пламя все сильнее. Я дрожала, чувствуя, как каменеют мышцы, как скрутило низ живота, а по бедрам стекает моя влага возбуждения.

Вот всё с ним не так… Всё!

Всё с ног на голову переворачивается. Мы словно за ручку прогуливаемся по минному полю, готовые принять погибель с блаженством на лицах.

– В кабинет… – прохрипел резко, уж как-то слишком ловко подхватил он меня на руки, заставляя выпустить красивый ровный член изо рта.

И через мгновение я спиной шлёпнулась на холодные простыни, а пульсирующий ствол настойчиво уже толкался в рот.

И я впустила… Кирилл медленно, осторожно погружался, наслаждаясь моей покорностью и готовностью принять всё…

А в голове металась мысль: «В кабинет?» И не успела я додумать, как челюсть моя раскрылась шире, потому что его горячий язык стал собирать всю влагу, которой я сочилась. Он так крепко держал мои бёдра, придавливая всем весом к кровати, что единственное, чем я могла шевелить – головой, свисающей с края.

И это был второй акт.

Кровь рванула к складочкам, клитор болезненно пульсировал под его ласками, и казалось, меня сейчас разорвёт на кусочки, но как же я была неправа…

Чибисов, как искусный фокусник играл на всех чувствительных точках моего тела.

А когда в меня грубо, в такт движению его языка, вошли пальцы, слегка сжатые в фалангах, я истошно завопила, ощущая, как ещё глубже проталкивается член в глотку.

Перед глазами все потухло!

Были только хаотично вспыхивающие ощущения, эмоции, страсть.