Сделаю тебя любимой

Средний палец нажимает на мягкие складки, чуть раздвигая их, протискиваясь внутрь… Я стискиваю зубы, терпя дискомфорт, между ног, но всем своим существом осознавая, что ничего плохого это животное мне не сделает.

– Военный врач, – шепчет он где – то у уха, упираясь лбом в мое плечо. Я чувствую его дубину спиной, она влажная и горячая, опасная, словно факел светящийся перед лицом. – Скоро заживет.

Он вытаскивает палец, давая мне вздохнуть спокойно, но тут же накрывает ягодицы, протискиваясь между ними ребром ладони.

– Я просто проверю, нет ли разрывов там.

Я часто дышу, пока он протискивает средний палец в заднее отверстие. Сжимаю губы, реально боюсь, что он не сдержится, просто ворвется туда, куда проще.

– Тут все отлично, – хмыкает он, толкая палец все дальше. От боли вскрикиваю, задницей отталкиваю его. Он упирается спиной в противоположную стенку душевой, а я резко разворачиваюсь. – Да не волнуйся так, я сначала как следует вылижу твои дырочки. Мне так-то тоже больно будет.

– Меня это успокоить должно? Давай я руками.

Он врубает душ снова, поливая нас обоих теплой водой, но которая все равно не спасает от ночного сквозняка.

– Будешь спать хоть до обеда, но сейчас хочу минет. У меня от тебя яйца лопаются.

– Ты просто извращенец если тебе нравится мое тело сейчас…

– Если думать так тебе удобнее, – хватает он меня за шею, тенят вниз. – Давай, Вась, я и так два дня терплю.

– Несчастный… – фыркаю, но ноги под давлением подгибаются.

– Без рук, лиса. Рот твой хочу. Быстрее начнешь, быстрее закончишь.

Я последний раз, с мольбой смотрю на похитителя, но сейчас в его взгляде нет нежности. Освещаемое костром, его лицо кажется хищным, безжалостным, а рука, давящая на затылок стальной…

Еще пара попыток увернуться, бесполезных потому что сминает мне губы большим пальцем, вынуждает раскрыть рот, толкая большую головку прямо туда. Я возмущенно мычу, чувствуя пульсацию плоти, что грубо скользит внутри.

Булат запрокидывает голову, сжимая челюсти, но не отпуская мой затылок и подбородок, удерживая в одном положении. Скотина. Жестокая скотина. Но это хотя бы не противно. Судя по запаху, мы мылись одним мылом.

– Язычком поработай, Василек, знаешь же как нужно.

Я вздыхаю острый запах его тела, душистого мыла и начинаю втягивать плоть в себя, сжимая плотным кольцом. Он прав, чем быстрее, тем лучше.