Нежно…
Отрываюсь от нее, падаю назад на спину, откидываясь на подушки. Сглатываю, пытаясь угомонить уже разогнавшееся тело.
— Тогда давай сама, — ухмыляюсь. — Иди ко мне, — затягиваю ее на себя верхом. — Властвуй, моя королева.
Глава 30
Леван
Есть своя прелесть в том, чтобы отдать контроль в сексе женщине. Нет, полного контроля я не даю, но позволяю ей думать, что она сверху. Это мазохистское удовольствие – смотреть, как колышется ее грудь от плавных движений, как Яна насаживается на меня с легким вскриком, как прогибается, закатывая глаза, кусает губы, начиная раскачиваться.
Все настолько чувственно, медленно, что хочется выть. Но я контролирую тело, удерживая его на месте, отсрочивая свой оргазм, зависая где-то на грани, не позволяя себе большего.
— Яночка, королева моя, давай быстрее, — хриплю, сжимаю ее бедра, насаживая на себя быстрее, резко подаваясь снизу. Яна задыхается, хватая воздух, падает мне на грудь и вновь тормозит нас. — Яна, — рычу, стискивая ее бедра, кусая сладкие губы.
— Тихо, тихо, — успокаивает меня сама, целует в шею, ласкается, спускается поцелуями ниже по груди, игриво прикусывает, усмиряя моего зверя. И ее нежность подкупает. Сдаюсь ей в плен, прикрывая глаза. Это мучительно больно – быть в ней, чувствовать, какая она горячая, бархатная, мокрая, как сжимает меня, и не рваться в нее, плавая на грани оргазма. Ее губы целуют, ее руки ласкают, тело дрожит, балансируя на грани.
Обхватываю ее талию, принимая полусидящее положение.
— Руки на перекладину, — вынуждаю ее держаться за спинку кровати. — И двигайся, моя кошечка, — шепчу ей, ловя губами ее соски, всасываю, ласкаю языком, помогая ей двигаться, приподнимаю и насаживаю на себя, плавно, медленно, насколько могу.
Это уже даже не секс, это что-то глубже, острее, чувственнее. Меня топит в ее стонах, горячем дыхании, в нашем общем возбуждении.
И я уже сам на очередном ее движении торможу процесс, вжимая в себя.
— Замри, не двигайся, — впиваюсь в ее губы, терзаю их, запускаю руку между нами, нахожу пульсирующий клитор, ласкаю, ощущая, как при каждом движением пальцев Яна стискивает мой член все сильнее и сильнее.
Да! Это так охренительно хорошо, что даже больно. С ней всегда больно, грудную клетку разрывает от ощущений. И мы уже стонем друг другу в губы. Она кусает мои губы, содрогаясь, кончая, и я срываюсь за ней, подхватывая бедра, насаживая ее еще невменяемую на себя, как хочется.
