Сделка-only (СИ)

Давящая аура, уверенность и напор в каждом движении и жесте, и высокомерие в зеленых, как у сына глазах.

Надо, так надо. Да мне и не сложно.

Пожимаю плечом, перекладываю сумочку из одной руки в другую и отхожу на несколько метров в сторону от основной толпы, куда указывает генеральный директор.

– Слушаю Вас, – произношу ровно, стряхнув с лацкана бирюзового костюма-двойки с коротким рукавом невидимую пылинку.

Игнатов-старший с минуту смотрит в упор и молчит.

Препарирует? Расчленяет? Пытается продавить?

Не знаю.

Не собираюсь сутулиться, втягивать шею или как-то иначе демонстрировать уязвимость. Я не сделала ничего предосудительного, чтобы мне было стыдно. Даже вечер им не сорвала, хотя вполне могла это провернуть.

Упс! Забыла.

За меня же это сделал кое-кто другой. Арский – красавчик! Непременно пожму ему руку, когда увижу.

Уверена, он исполнил свою партию в лучшем виде, и Ванюшка заграницу поехал, сияя фонарями.

– Вера Владимировна, – еще раз повторяет мое имя-отчество Игнатов старший, закончив игру в молчанку. – У меня к Вам будет серьезный разговор. Зайдите ко мне в кабинет, когда вернетесь с обеда. Я предупрежу секретаря.

– Хорошо, Сергей Сергеевич, зайду, – отвечаю ему в тон, не позволяя ни одной эмоции промелькнуть на лице.

Я спокойна. Я бесстрастна. Я круче всех его тараканов вместе взятых.

– До встречи.

Кивком, гендиректор дает мне царское позволение удалиться.

Неторопливо разворачиваюсь и походкой от бедра иду в сторону Михайлова. Спину жжет по-прежнему тяжелый взгляд, но я, собрав волю в кулак, на него забиваю.

Пусть Игнатов-старший считает себя хоть супер-пупер-крутым начальником, хоть прокурором области, хоть президентом страны. Для меня он – обычный человек, такой же смертный, как и все вокруг. Нет, он, конечно, может и дальше распушать хвост и считать себя небожителем, которому все должны.

У меня родители простые. И я простая.

А «Слайтон-строй» – не единственная контора во всем Санкт-Петербурге.

– Всё в порядке? – уточняет приятель, когда мы, минуя вращающиеся двери, выходим на улицу."

"– Не знаю пока. Пригласили на аудиенцию после трапезы, – пожимаю плечом и запрокидываю голову вверх, – Дим, ну и жара. И это май в Питере. Я в шоке.

Уж лучше говорить о погоде, чем о предстоящем увольнении.