Сделка с дьяволом

— Я в курсе кто это, — сказал он вымученным голосом. — Но как она здесь оказалась?

Если стереть морщины с мужского лица и оставить только этот ясный взгляд черных глаз, то с уверенностью можно было бы сказать, что передо мной сидел тот самый человек, который более восьми лет назад приказал мне убираться из жизни его сына. Багров обвел комнату глазами и, разъединив со мной взгляд, посмотрел на жену. Та плакала и держала его за руку.

— Оставь нас одних, — попросил он жену.

— Что? — она стерла слезы с лица, а я инстинктивно схватилась руками за живот.

Нет, я больше его не боялась, мужчина ничего мне не сделает. Даже встать с кресла не сможет, а словами меня больше никто не ранит. Но я хотела послушать, что он мне скажет. Потому что он остался единственным кто бы мог ответить мне на терзающие меня вопросы. А это прозрение, возможно, будет последним в его жизни, потому что болезнь прогрессировала, а я скоро съеду из этого дома и больше никогда не переступлю его порога.

Валентина Андреевна перевела на меня непонимающий взгляд, я слабо кивнула, мол все в порядке, делайте, как он говорит. Женщина поднялась на ноги и отошла в сторону, смотря на меня растерянным взглядом. Но из комнаты она не ушла, а встала в дверях гостиной.

— Подойди, Вика, не бойся, — произнес Багров-старший слабым и уставшим голосом. — Я не в том состоянии, как видишь, чтобы сыпать угрозами.

Господи, сколько лет я мечтала об этой встречи… А сейчас ощущала растерянность и… нет, ненависти больше я не испытывала к этому человеку.

Сделала шаг навстречу и остановилась, смотря в старческое, сморщенное лицо.

— Я помню, что последний перевод денег был… — он напрягся и покачал головой, — не помню. Не помню даже сколько времени в таком вот состоянии, — тряхнул руками и опустил их на колени. — Но судя по тому, как ты молодо выглядишь не очень-то и долго… Это правда? — он кивнул на живот.

— Это правда, — произнесла я выцветшим голосом.

 — А так же и то, что ваш сын считает меня предательницей, продавшей свои чувства за деньги. И никакие мои слова, что я не причастна к тем деньгам, что взяла моя мать его не трогают. За что вы так с ним? Ведь он был несчастлив все эти года, а мой сын рос без отца… Вы ведь сами отец и должны понимать мои чувства…

Багров-старший тяжело вздохнул, а я бы с удовольствием придушила его в этот момент за безразличие и скупость его души.