На мгновение Вероника пожалела, что отправила Эльзу к другим слугам узнать что-нибудь полезное, но потом пришлось признать – простая служанка вряд ли смогла бы ее спасти.
– Вы готовы идти самостоятельно? – спросил Терион, понимая, что девушке некомфортно находиться в таком положении слишком долго.
Вероника очень хотела плюнуть в лицо этого невыносимого человека! А еще ударить его! Вот прямо пнуть куда-нибудь! Как он только посмел так с ней обращаться?! Но она понимала, если сейчас не ответит утвердительно, то ее постыдное положение сохранится еще на какое-то время.
– Отпустите меня, – сказала она спокойнее, надеясь, что король не станет ждать более вежливых просьб.
К ее облегчению, его величество действительно не ждал вежливости, аккуратно поставил на пол, придерживая, чтобы она не упала, потеряв ориентацию в пространстве после резкой смены положения.
Перекинув косу на спину, она фыркнула и сложила руки на груди.
– Вам, ваше величество, никто не говорил, что вы слишком грубы с женщинами? – спросила она и прикусила язык.
Сказать хотелось совсем другое, но вряд ли король стерпел бы обвинение в том, что все его жены раньше срока ушли из жизни именно из-за того, каким мужланом он был. Это были очень грубые слова, и Ника была рада, что вовремя остановила себя.
– Нет, – признался король. И он говорил правду. Большинство людей просто его боялись, поэтому не решались сказать что-то настолько неуместное по отношению к нему. – И я не груб, – возразил внезапно он, удивившись из-за этого не меньше, чем Ника.
– О, – Вероника хмыкнула. – Поверьте мне, вы очень грубы. Дам принято носить на руках, а не через плечо. Каменный век давно остался в прошлом.
Ника мысленно проклинала свой язык. Что она делает? Зачем все это говорит? Она никогда не была настолько безрассудной!
Отвернувшись от короля, она огорченно нахмурилась. Если ее не вскроют при ритуале, то точно казнят за слишком дерзкий язык.
– Вы хотите, чтобы я понес вас на руках? – спросил Терион, наблюдая за невестой.
Ее явно что-то расстроило.
Глубоко вздохнув, Ника опустила руки и присела в реверансе.
– Прошу прощения за грубость, ваше величество. Не знаю, что на меня нашло. Помутнение какое-то, не иначе, – вежливым и безразличным голосом произнесла Вероника. Выпрямившись, она спокойно посмотрела на короля.
Терион внезапно подумал, что прежний огонь в ее глазах и колкие слова нравились ему больше, чем приторная вежливость, пришедшая вместо них.
