Седьмая жертва

Совершать эти убийства мог и не Горшков вовсе, а любой другой человек, решивший свести счеты со следователем Образцовой или с оперативником Каменской. И Настя, и Татьяна служили больше десяти лет, и количество людей, которые остались, мягко говоря, не вполне удовлетворены результатами общения с ними, исчислялось далеко не одним десятком. Что же теперь, проверять всех поголовно? Татьяна вспомнила Александра Петровича Горшкова как наиболее вероятного подозреваемого с замашками сумасшедшего мстителя. Больше никто на ум не приходил ни ей самой, ни Насте.

– Понятно, – кивнул Гордеев. – Расслабились, девочки. О приятном стали думать, на Горшкова всех дохлых кошек повесить решили и отдыхаете. Ты мозги давно последний раз напрягала?

– В прошлом году, – пошутила Настя, – когда еще у Заточного работала. С тех пор как-то не довелось.

– Вот оно и видно. Ты что же, и в самом деле не знаешь, кто может иметь на тебя такой зуб? Стыдно, деточка. На тебя не похоже."

"– Виктор Алексеевич, – горячо заговорила Настя, – поймите меня правильно, это же чистая статистика.

Если бы каждый преступник, которого поймали, начинал после освобождения мстить операм и следакам, то нас всех давно уже в живых бы не было. Тот, кто все это затеял, чем-то отличается от общей массы преступников, поэтому и ведет себя не так, как остальные. И дело тут совершенно не в том, что он имеет на меня зуб, а в том, что у него мышление другое и психика другая. Этих, с зубами и с камнями за пазухой, – легион, и весь этот легион марширует в ногу, а наш урод – не в ногу. Я пыталась вспомнить такого вот, особенного… Сауляк покончил с собой. Галл расстрелян. Арсена убил его же собственный помощник, ко мне приревновал. Эти трое были личностями, причем незаурядными, неординарными, от них можно было бы ждать такой гадости. А все остальные – рядовые, обычные, ничем не выделяющиеся типы. Я не могу себе представить, чтобы кто-то из них…

– От тебя не требуется представлять, – сухо прервал ее начальник, – ты пока еще не писатель и не кинорежиссер.

От тебя требуется будничная, повседневная сыщицкая работа. Работа с информацией. Ее поиск, сбор, накопление, анализ. Ты хочешь, чтобы я устроил тебе здесь курсы повышения квалификации на лавочке? Отправляйся в контору, доставай из сейфа все свои материалы начиная с первого же дня работы в розыске и принимайся за дело.

Завтра жду тебя в это же время с первыми результатами. Черт знает что!

Совсем от рук отбились, стоило мне чуть-чуть прихворнуть.