Седьмая жертва

Как минимум еще три жертвы, каждая из которых будет демонстрировать один из этих грехов. И ее, Настина, задача сейчас постараться понять, как и где он будет искать тех людей, смертью которых продемонстрирует наказание за эти грехи. Как и где Шутник будет решать задачу поисков ленивого, гневливого и завистливого?

Но тут есть еще один момент: он использовал символ Босха, чтобы подсказать Насте, в чем состоит его замысел. Он видел этот фильм и использовал его идею. Остается вопрос: зачем? Зачем он это делает? Увидел фильм, понял, что идея ему близка, решил осуществить ее в собственном исполнении и на территории России.

До этого места все логично, хотя и попахивает психопатологией. Но зачем он оставляет рыбку с пупсиком? Ведь именно благодаря этому символу Настя обратила внимание на кассету с фильмом.

Если бы не он, Настя никогда, вероятно, не сопоставила бы характеристики убитых с перечнем семи смертных грехов. Он подсказал ей. Зачем?

Ответ пришел сам собой и был настолько ошарашивающим, что верить в него не хотелось.

Шутник запугивал ее. Его слова о том, что он приближается, – не пустой звук. Будет еще два убийства, за гнев и зависть, а потом он убьет ее саму. За леность. Ведь она сама, идиотка, сказала об этом своем недостатке в прямом эфире. Конечно, в Библии имелся в виду совсем другой грех, грех безделья, а уж бездельницей-то Настю Каменскую никто назвать не сможет, но она ленива, этого не отнять, а Шутник уже показал, что не намерен твердо придерживаться духа Библии, ему вполне достаточно буквы. Ведь Геннадий Лукин не был чревоугодником, а умер именно из-за этого, вернее, для того, чтобы продемонстрировать этот грех.

Осталось всего три убийства, два из которых Настя увидит. А третье – уже нет."

"Ей стало настолько жутко, что она вскочила и включила в квартире все освещение, даже в ванной и в туалете. Почему-то казалось, что, если будет много света, страх уйдет. Хоть бы Лешка скорей приехал, но он сегодня задержится, еще с утра предупредил.

«Надо посмотреть фильм, – сказала она себе, – это меня отвлечет. И потом, в нем может оказаться еще какая-нибудь подсказка».

Настя вставила кассету в видеомагнитофон и устроилась в кресле, закутавшись теплым клетчатым пледом. Фильм «Семь» произвел на нее странное впечатление, наверное, оттого, что она никак не могла отстраниться от собственной жизни, и смотреть его просто как художественное произведение.