Онлайн-библиотека книг
Потому что оперу, который целые сутки проводит на ногах и работа которого отнюдь не напоминает щадящий санаторный режим, нужно хотя бы четыре часа покоя, возможности отдохнуть и набраться сил, а он вместо этого вынужден, придя домой днем на пару часов после бессонной ночи, сворачиваться калачиком на краешке дивана, прикрыв ноги уголком пледа, и мучительно бороться с проникающими отовсюду звуками: теща кричит, сын смотрит телевизор, жена гремит кастрюлями на кухне, и все время звонит телефон…
Порывы ветра швыряли в переднее стекло пригоршни дождевой воды, и от влажного стука Настя каждый раз невольно вздрагивала.
"Похороны – это прощание с близким, это возможность в последний раз увидеть лицо и прикоснуться к руке, и никакого значения погода в этом тяжком деле не имеет. Бедный Юрка, как это все некстати. И денег нет, и дожди идут проливные.
– Так я не понял, денег-то дашь? – прервал ее размышления Коротков. – Или мне в другом месте поспрашивать?
– Дам, не беспокойся.
– Богатенькая? – насмешливо спросил он.
– Не богаче тебя. Но деньги найду.
Коротков метнул на нее косой взгляд.
– А где же гонорары твоего профессора? Неужто пропивает?
– А это ты у нашего правительства спроси.
Машина остановилась возле ее дома, но Настя не спешила выходить. Ей казалось, что еще не сказано самое главное, хотя, видит бог, она и сама не знала, что именно.
– Юра, – осторожно произнесла она и запнулась.
– Да?
– Юра… Ты веришь в то, что это Горшков?
– А ты нет? – ответил он вопросом на вопрос.
– Наверное, это стыдно, но я очень хочу верить, что это действительно Горшков. Я хочу верить, что послание было адресовано не мне. И знаешь, чем больше я этого хочу, тем больше мне кажется, что это не он.
Коротков развернулся на сиденье и удивленно уставился на Настю.
– Почему ты думаешь, что это не он?
– Не знаю, Юрик. Мне так кажется.
