Седьмое небо в рассрочку

Теперь это кишащий роем людей улей, состоящий из коммуналок, к которым вели извилистые и темные коридоры. Как этот улей еще не завалился от старости?

Вот и квартира. Звонка Люда не обнаружила, постучалась и ждала, но за дверью стояла тишина, пришлось постучать громче.

– Черт! – процедила она, барабаня кулаком и уже понимая, что Умы нет дома. И что делать? Конечно, нужно дождаться, но не под дверью же, в машине комфортней.

Никогда не надо уходить, не подергав за дверную ручку, – этим правилом не стоит пренебрегать.

А вдруг квартира открыта, кому-то нужна помощь, или что-то увидишь важное?

Люда машинально дернула дверную ручку, а дверь-то не заперта. Так даже лучше, подождет Уму в его каморке. Прежде чем переступить порог, Люда поискала выключатель, ведь в квартире было темно, а из коридора падал свет. Лампочка без плафона тускло-тускло загорелась вверху, прихожая оказалась до безобразия мала, всего три шага…

В небольшой комнате с открытым настежь окном царил редкостный бардак.

Как будто здесь побывали воры, им не хватило времени найти ценности, и они спешно перелопатили доступные места в поисках сокровищ. Валялось все и везде: постельное белье, брошюры, носки, компакт-диски, маркеры, авторучки… Пожалуй, все, чем человек пользуется в обыденной жизни, было представлено в этой комнате в виде хаоса.

Но хозяин! Он лежал на полу…

Люда не трусиха, однако, увидев труп, схватилась за собственное горло ладонью, словно пыталась задушить крик.

Затем она метнулась к выходу и, не чуя под собой ног, ринулась на волю. Забравшись в машину, решила хотя бы отдышаться, прийти в себя. Понять, в конце концов, чью-то подлую логику.

Но вдруг кто-то сзади взял ее за плечи. Это были сильные мужские руки. От неожиданности, испугавшись до смерти, Люда закричала, в тот же миг чья-та ладонь накрыла ее рот…

– Папа, можно? – заглянула в кабинет Сабрина.

Отец накручивал на ладонь галстук, прилагая к этому слишком много усилий, словно это упругая пружина, не желавшая подчиняться рукам.

Шатунов и галстуки – две противоположности, которые не должны соединяться. Он знал о своей особенности и при первом же удобном случае избавлялся от «удавки». Не взглянув на дочь, он кивнул, разрешая ей войти.

– Папа, ты незаслуженно обидел дядю Володю, – вступилась Сабрина за друга отца.

Это был предлог, чтоб перейти к своим проблемам, тем не менее она не лукавила.