Седьмое небо в рассрочку

Открыв дверь, он оглянулся, набрал полную грудь воздуха и… шумно выдохнул, махнув рукой.

– А что с фурами было? – вернулся к давнишним событиям Марин, ведь до Гиреева шеф совершил очередное путешествие назад.

– Их вернули на завод, правда, без вымпелов…

– Для стимуляции. У меня ведь водилы в то время и менеджерами были, правда, слова такого не знали, и грузчиками. Желтый вымпел – удовлетворительная работа и содержание машины. Красный – переход в отличную категорию, в этом случае шла прибавка к зарплате. Зеленый – прибавка пять процентов, синий – десять.

Я не жадный, люди мне эти деньги возвращали с лихвой. Но вымпелы еще служили и пропуском на дорогах для ГАИ, что было основной их задачей.

– А убийства расследовали?

– Ребят застрелили в мертвой зоне, вдали от трассы – какие там свидетели, откуда?

– Подозреваете Белика?

Шатунов сделал паузу. Не для того, чтоб взвесить степень вины Белика. Принятые внутрь градусы, а пил он постоянно, с той же постоянностью склоняли его в сторону красивых рассуждений:

– Иногда люди, сами того не желая, ходят по одной орбите.

На этой стороне ты, на другой он – человек, которого хотелось бы забыть, потому что с ним связаны неприятные моменты. Вы и не приближаетесь, и не отдаляетесь, но мешаете уже тем, что на виду друг у друга. Это как раз и не дает мне ответить однозначно – Белик или не Белик…

– У него был мотив, – прозаично сказал Марин. – А есть еще кто с мотивом? Ну хотя бы… враги-то должны быть у вас.

– Врагов не бывает только у мертвецов. Не исключаю, что о нашей связи с Ксенией узнал муж… и его брат…

– Извините, почему Ксения, любившая секс с вами, не бросила мужа и не ушла к вам? Вы же не учитель, живущий на зарплату, чтоб очутиться перед дилеммой: любовь или бабки.

– Сложные обстоятельства были у Ксюши…

– Круто. А если эти обстоятельства – ее выдумка, отмазка? Не хотела вас терять, мужа тоже. Не смотрите на меня как на врага вашего завода, такое на каждом шагу случается.

Но у Шатунова имелся самый веский козырь:

– А Пашка, он может сочетаться с отмазкой?

– Пашка? Ах, Па… – Марин вытаращился, словно увидел чудо-юдо, вынырнувшее из пучины морской.

Нет, он настолько обалдел, что забыл, кого стал отчитывать: – Ну, дяди-тети, и заигрались же вы! Выходит, Павлик рос без матери? А она была все это время рядом! Ну, знаете… И как ваша Ксения умудрилась родить при живом муже вам ребенка? Он не догадывался о рогах?

– А куда она дела живот? Утягивалась? Или Пашка каким-нибудь другим способом рожден?

– Обычным.