Седьмое правило дворянина

— Принц, я не стану ходить вокруг да около, а потому спрошу сразу — вы ведь в курсе того, что произошло с князем Юрьевским? — голос Лопухина был громким, будто труба, отчего казалось, что князь ругает казавшегося расслабленным наследника, а не задает ему вопрос.

— В последний раз, когда я интересовался этим вопросом — он был в руках тайной канцелярии. Если с тех пор ничего не изменилось…

— Ничего не изменилось, он там до сих пор, — сказал Лопухин и помрачнел. — Скажите, разве вас больше не интересует этот вопрос? Насколько мне известно, в России совсем недавно погиб ваш близкий соратник.

Принц сделал глоток вина, задумчиво посмотрел на князя, а затем спросил:

— Князь, может быть я немного моложе вас и не понимаю каких-то вещей, но предпочитаю, чтобы при разговоре со мной выражались более конкретно.

Ватасар отдал пустой бокал одной из девушек, она тут же наполнила его из стоявшего рядом высокого серебряного кувшина и вернула принцу.

— Что вы имеете в виду, когда задаете этот вопрос? Если Юрьевский оказался в тайной канцелярии, то это воля Императора Российской империи и к смерти друга моей семьи он не имеет никакого отношения… Его убил граф Соколов, который выиграл у него дуэль, разве не так?

— Как можно думать, будто эти события никак не связаны друг с другом, — удивленно покачал головой Лопухин.

— Да, принц, это же совершенно очевидно, — отвлекся от изучения красоток Ахматов. — Если бы не этот малолетний ублюдок, который встал на пути Юрьевского, то ничего бы не случилось. Князь не попал бы в тюрьму… Ваш Бадави остался бы в живых… Ну и нас сейчас не было бы в вашем дворце.

— Пока еще это дворец моего отца, — на всякий случай напомнил им Ватасар.

— Это неважно, — скривился Лопухин. — Сказанное-то вы поняли, разве нет?

— Не совсем, — ответил принц и уселся на диване повыше. — Вы чего от меня хотите? Чтобы я Юрьевского попытался вытащить? Лично мне Романов никаких гадостей не делал… Это я так, на всякий случай, чтобы вы имели ввиду.

— Да нет, с Юрьевским вопрос закрыт, — покачал головой Лопухин.

— Ну и вам гадость сделал, ведь так, принц? — добавил Ахматов. — Насколько я знаю, Бадави вам род не чужой, несколько веков рядом ходите… А Соколов его прервал… Наглый ублюдок…

Ватасар скривился и сжал волосы одной из девушек так сильно, что она дернула щекой от боли.