Седьмое правило дворянина

Обычная таблетка, ничего особенного на первый взгляд.

— У меня нет, но при большом желании… Всегда можно найти человека, имеющего нужного нам друга.

— Понятно… Но вот я пока не понял сути. Ну содержится там ребис, и что с того? Наверное, поэтому они такие дорогие. Между прочим, насколько я знаю, ребис полезное вещество, из него много всякого разного делают. Как-то в Саратовском княжестве я доставал такой камень для… Ну, неважно для кого именно. Так вот он говорил, что из него даже делают какую-то штуку, которая продлевает человеку жизнь.

— Ну да, в основном все именно так, как вы говорите, — кивнул Леонид Александрович. — Но это если не вникать в детали. А я вот решил углубиться в вопрос… Точнее сказать, подсказали куда смотреть нужно.

— И куда же?

— Ребис, вещество из иного мира, в работе сложное, так что для того, чтобы с пользой его использовать, очень толковые артефакторы требуются, — сказал Верховцев и небрежно бросил коробочку с препаратом на стол.

— К чему ведешь, виконт?

— К тому, что именно поэтому ребис нигде не упоминается в официальных документах. В чистом виде его никогда не используют, только в соединении с другими веществами.

— Почему так?"

"— Если применять его в чистом виде, то он превращается в наркотик. Причем очень любопытного действия. Он и в самом деле заставляет человеческий организм лучше работать, придает энергии и все такое… Вот только годы жизни сокращает понемногу.

После слов своего начальника службы безопасности я посмотрел на пилюлю с более глубоким интересом.

— Вы хотите сказать, что Морозов производит наркотики и продает их как витамины?

— По сути — да. Герцог мужик влиятельный, друзья у него не из самых последних людей в империи… При его связях найти нужных людей в министерстве здравоохранения, которые закроют глаза на состав препарата — вообще никаких проблем не составляет.

— Рано или поздно, это стало бы общеизвестным.

— Вы так думаете? — удивленно приподнял бровь Верховцев. — Я бы не был столь уверен в этом. До сих пор это не стало известно, так что с чего бы вдруг что-то изменилось? Да и потом, если даже это выяснится, всего можно попытаться объяснить, как так вышло…

Леонид Александрович помолчал немного, а затем продолжил свою мысль.