Седьмое правило дворянина

Нужно ли говорить, что с его легкой руки прозвище тут же приклеилось к парню и так его стали называть даже чаще, чем по имени.

Летели недолго, часа четыре. Правда за это время нас успели дважды покормить, но устать от полета мы не успели. Так что в Бухару прибыли свежие и бодрые.

Аэропорт меня приятно порадовал. Небольшое аккуратное здание белого цвета, на выходе из которого имелся скромный парк и такой же маленький фонтан. Все было довольно маленьких размеров, но зато чистота вокруг просто идеальная. Складывалось такое ощущение, будто вокруг здания провели генеральную уборку незадолго до нашего приезда.

Встречала нас целая делегация, думаю никак не меньше пятидесяти человек. Все чего-то суетились, бегали, подхватывали наши вещи и вообще старались показать нам свое расположение. После сдержанного приема в Японской империи мы чувствовали себя всемирно известными личностями, которых с нетерпением ждали здесь несколько лет.

Кто были все эти люди, сказать было сложно — все в черных костюмах или расшитых халатах и при этом ни одного человека хоть в каком-то подобии военной формы.

Совершенно непонятно, есть среди всех этих парней местные Мироходцы или нет. Единственное, что мы поняли после того, как более-менее осмотрелись — те, кто был в разноцветных халатах, были аристократами.

После получасовой суеты в аэропорту нас рассадили по машинам и длинный кортеж из белоснежных внедорожников двинулся в сторону города.

Несмотря на общую добродушную атмосферу, местные почему-то не так уж часто говорили на общем языке и все больше тараторили на своем.

Разумеется, никто из нас не понимал ни единого слова. Но судя по тому, что нам улыбались — есть надежда, что ничего плохого в наш адрес не звучало.

Быстро потеряв интерес к нашим спутникам, я попытался было любоваться местными видами, но не могу сказать, что это доставило мне огромное удовольствие. Здания попадались редко, с растительностью та еще беда…

Вот когда едешь по Москве, то складывается ощущение, что город нависает над тобой, отнимая у тебя драгоценный простор и пытаясь раздавить своим масштабом.

Здесь все было ровно наоборот — улицы широкие, людей на них немного, а просторы такие, что хоть конем ходи в любую сторону.

Трудно сказать хорошо это или плохо, но вот необычно, это самое верное определение. Одно немного огорчало — воздуха-то было много, вот только он был слишком горячим после Москвы. Все не настолько скверно как в Халифатах, но мне нравится, когда немного прохладнее.