Седьмой круг

 — Во время моего отсутствия, Флетчер и его сестра тайно сговорились и похитили Элизабет, причем с той же целью, что и мы — использовать, как средство влияния на Томаса Перси. Но им нужна была его защита в стенах Канисборо. Вполне реальная легенда, Чарльз.

— Реальная… — задумчиво согласился Саффолк. — Но мы не будем спешить. Еще неизвестно, что преподнесет нам завтрашний день. Вернемся в Лондон. выслушаем решение Генриха, и потом поговорим о судьбе Элизабет Невилл. В любом случае, Ричард, если ты собираешься исполнить свой план, тебе необходимо заручиться не только моей поддержкой.

Очень важно, чтобы Ральф Невилл признал Элизабет своей племянницей и выказал желание помочь ей в восстановлении доброго имени, ну, и финансовая поддержка ей понадобиться. Жена Камберленда ее тетка? Значит, попробуй убедить Клиффорда в том, что он просто обязан помочь попавшей в беду родственнице. Со столь богатыми и влиятельными покровителями у Элизабет Невилл появиться шанс на спасение. Я не останусь в стороне, и тоже переговорю со всеми вышеназванными лицами. И не только ради тебя, Ричард. Луиза искренне озабочена судьбой своей подруги. И мне кажется, что Элизабет Невилл в самом деле является всего лишь жертвой мужских распрей. У нее достаточно силы и храбрости, чтобы сражаться за свою свободу и честь, я просто не могу не восхищаться этой маленькой женщиной, и не дать ей шанс на жизнь, которую она заслужила.

— Это то, что я хотел услышать, ваша светлость. — склонив голову, сдержанно произнес Мельбурн. Герцог смотрел на юного друга с нескрываемым подозрением.

— Ты же не сделаешь ничего такого, что могло бы навредить леди Элизабет? Я имею ввиду не настоящий момент, а недалекое будущее, если оно у нее, конечно, будет. — спросил Чарльз Брендон, пристально глядя в синие глаза Ричарда.

Два долгих месяца Элизабет провела в замке Канисборо в Донкастере. Не смотря на непогоду, и временные неудобства холодных продуваемых ветрами комнат замка, она чувствовала себя совершенно спокойной и защищенной. Рядом с отцом, девушка медленно оживала, снова превращалась в ту беспечную девушку, которой была когда-то.

Томас Перси окружил свою дочь отеческой любовью и заботой, потакая всем ее маленьким и скромным прихотям. Почти все время они проводили вдвоем, не заботясь о том, что с каждым днем стены их убежища редеют. Все больше людей доверившись обещанию герцога Норфолка об амнистии и скором сборе парламента, покидали замок, возвращаясь к оставленным семьям и запущенному хозяйству.