Седьмой круг

И в этот момент с огромной кровати, полностью скрытой от их глаз плотно задернутыми тяжелыми парчовыми пологами, черными мрачными складками, ниспадающими с балдахина, подвешенного к потолку, раздался отчетливый шелестящий звук, словно кто-то откинул одеяло. Девушки испуганно вскочили на ноги, уставившись на постель графа. Элизабет схватила свой кинжал и вытянулась, как струна.

Тонкая белая рука, появившаяся из щели между парчовыми складками, отодвинула полог в сторону, и их изумленному взору предстала совершенно обнаженная девушка с заспанным лицом и распущенными темными волосами.

— Боюсь, милые леди, ваш план не понравится графу. Но, если эта белокурая бестия опустит кинжал, я обещаю молчать. — улыбнулась девица, в которой Элизабет узнала спутницу графа за столом во время пиршества.

— Фу. — облегченно выдохнула она, снова бросая кинжал на скамью. — ну, и напугала ты нас.

— Что происходит? — сообразив, что выглядит неприлично, девица прикрылась шелковой простыней ярко-красного цвета, который удивительно шел к ее бледной коже и черным волосам.

— Нет. — холодно отрезала Луиза. — Я его сестра, Луиза Чарлтон, а это, — она показала на Лиз. — Элизабет, моя горничная.

— Да. Я ее узнала. Его сиятельство представил вашу горничную, леди Луиза, как баронессу Ридсдейл. — девушка задумчиво разглядывала растрепанных девушек в ночных рубашках, одна из которых была в крови.

— Его сиятельство пошутили.

— Значит, горничная. А я Мадлен Вилар. Я работаю в таверне. Совсем недалеко от замка. Я не совсем понимаю, почему вы в таком виде, и что делаете здесь посреди ночи.

— На замок напали шотландцы. — быстро ответила Лиз. Ее раздражало, что приходиться отчитываться перед шлюхой из таверны.

Глаза Мадлен изумленно округлились.

— Серьезно? Я ничего не слышала.

— Да. Удивительно, что Ричард так быстро подоспел. — согласилась Луиза. — Сейчас внизу настоящий ад.

— Хорошо, что мы здесь.

— В этом нет нужды. Кровать большая, здесь хватит место целому отряду, что уж говорить о трех хрупких девушках. — улыбнувшись, произнесла добросердечная Луиза Чарлтон.

— У камина буду спать я. — решительно сказала Элизабет.

— Луиза, я не могу лечь на шелковые простыни в грязной рубашке. Да, и не стоит снова гневить Мельбурна.