Сейчас и навечно

 – Я заберу Оливию от няни и приведу ее наверх.

Я подождал, пока они поднимутся, и постучал в дверь Елены.

– Ты сегодня рано. – Открыла она с улыбкой, которая тут же исчезла. – Дорогой, ты такой бледный. Все хорошо?

– Да, закончил пораньше.

Во взгляде Елены появилась обеспокоенность.

– Проходи. Я соберу ее сумку.

Я прошел в квартиру Елены. Оливия лежала на полу гостиной и вместе с Лаурой, двухлетней дочерью Елены, играла в кубики на полу. Как только она заметила меня, ее маленькое личико озарила улыбка.

Проклятые слезы обожгли глаза, а сердце сжалось.

Дрожащими руками я подхватил ее и крепко прижал к себе маленькую головку. Ее ручки обвились вокруг моей шеи. Я закрыл глаза и изо всех сил попытался сдержать водоворот эмоций, подавить их, запереть. Если мне предстояло сражаться за нее, я должен оставаться сильным.

Елена взяла меня за руку и проговорила нежным голосом:

Я сделал глубокий вдох, все еще крепко прижимая к себе Оливию. И когда перестал дрожать, успокоив дыхание, открыл глаза.

– Спасибо, что присмотрели за ней, – сказал я, вешая на плечо сумку, которую протянула мне Елена.

 – Увидимся завтра.

– Пока, – пролепетала Оливия. – Пока-пока.

Наверх я поднимался на налитых свинцом ногах.

Эбботы вместе с Джексоном сидели у меня дома за маленьким кухонным столом со стаканами воды перед ними. Мистер Голлуэй, со скрещенными за спиной руками, стоял около моего рабочего стола, разглядывая мой диплом с отличием, полученный в Калифорнийском университете; сертификат выпускника и грант на полную стипендию в Гастингсе, который больше походил на выигрышный лотерейный билет.

Все разговоры стихли, стоило мне войти с Оливией на руках.

Элис поднесла руки к сердцу, а Джеральд сжал зубы так, как будто боролся с эмоциями изо всех сил.

– О, небеса, она красавица. – Элис медленно поднялась и направилась к Оливии, которая стояла на полу, вцепившись в мою штанину. – Привет, милая. Я твоя бабушка Элис.

– Привет, ангел. – Джеральд присоединился к своей жене. – Я твой дедушка Джерри.

Оливия еще сильнее прижалась к моей ноге.

– Ей нравятся кубики, – сказал я, указывая на гору на полу. – Не может оторваться от них.

Элис хлопнула ладонями по бедрам.

– Покажешь мне свои кубики, Оливия?

Элис и Джеральд сели на пол, не жалуясь на больные колени или суставы. Они были подтянутыми, крепкими и хорошими людьми, с кучей денег, а их ДНК текла по венам Оливии. Моя маленькая девочка пролепетала что-то на своем, на детском, и плюхнулась рядом с ними.