Сейчас и навечно

Не знаю, верить ли, но я медленными шажками приближаюсь к этому. Возможно, это не лучшее выступление, но оно было первым. Первым с тех пор, как я избавилась от зависимости.

Она вытянула шею и посмотрела на меня.

– Сегодняшний вечер был настоящей катастрофой, но он также стал лучшим, чем я могла себе представить. Мне нужна была чья-то поддержка. – Ее глаза заблестели. – И ты пришел.

– Это не было катастрофой. Ты танцевала невероятно. – Я сглотнул. – Да, я появился там, но я должен поддержать тебя намного раньше.

Она вздрогнула и улыбнулась, кончиками пальцев касаясь моей щеки.

– Теперь ты рядом, Сойер. И это самое важное.

Сойер велел водителю подвезти нас ко входу в отделение неотложной помощи больницы Сан-Франциско. К нам сразу же подоспела бригада с каталкой. Сойер помог мне выйти из машины и нежно, почти благоговейно, держал меня, как будто не хотел выпускать из своих объятий. Он усадил меня на каталку, и я с трудом подавила крик боли, когда пятка коснулась земли. Но не смогла сдержать тихий стон, когда мы наехали на кочку.

В отделении суетились медсестры, врачи и испытывающие боль пациенты; воздух в помещении был стерильно-холодным. Меня завезли в небольшое пространство и задернули занавески по бокам. Медсестра подложила под ногу подушку и сверху положила пакет со льдом. Я стиснула зубы, когда леденящая боль пронзила до глубины души. Под ярким светом больничных ламп нога выглядела ужасно: распухшая, вдоль и поперек покрытая букетом фиолетовых, сине-красных синяков.

Сойер подвинул один из стульев и взял меня за руку, переплетая свои теплые пальцы с моими ледышками.

– Врач скоро осмотрит вас, – сообщила медсестра. – Похоже, сломан палец или два. Точный диагноз будет поставлен после рентгена. А пока я могу дать обезболивающее.

– «Адвил», – быстро ответила я.

– Вы уверены, что не нужно что-то посильнее?

– Нет, лучше дайте самый сильный «Адвил», пожалуйста.

– Милая, самый сильный «Адвил» тут не поможет. Но как скажешь, ты здесь босс, – улыбнулась медсестра.

Я приняла маленькую таблетку и запила большим стаканом воды, не глядя на Сойера.

– Я стараюсь держаться подальше от всего, что может повлиять на мой разум, – тихо сказала я, когда медсестра ушла.

– Тебе не нужно мне ничего объяснять.

– Я чувствую, что должна. – Я заставила себя посмотреть ему прямо в глаза.