Сейчас и навечно

– Думаешь, Сойер не будет против? – поинтересовалась Элис. – Мы захватили его территорию…

– Он не будет возражать, – ответила я. – Потому что Оливия дома.

Элис посмотрела мне прямо в глаза.

– Думаю, вы должны знать, что наше пребывание здесь не означает, что мы откажемся от нашего ходатайства.

– Знаю, но я рада, что вы здесь.

От удивления она широко раскрыла глаза и слегка улыбнулась.

– Правда? А то я начала чувствовать себя злой ведьмой из сказки.

За обликом элегантной, ухоженной внешности я заметила боль. Она до сих пор оплакивала потерю своего ребенка.

– Мне очень жаль Молли, – сказала я.

От звука имени она расплакалась. Имя ребенка, которое она произносила миллионы раз в своей жизни, теперь покоилось в ее душе. И вызвало воспоминания, известные ей одной.

– Что мы делали не так? – прошептала она скорее себе, чем мне. – Мы давали ей все. Лучшая школа, возможности, и мы любили ее. Господи, как мы любили ее.

Вдруг я вспомнила Макса, облокотившегося на белый столб со скрещенными руками и улыбающегося мне, и сделала вдох.

– Когда мне было шестнадцать, я подала заявление на получение стипендии в академию танцев в Нью-Йорке. Родители не были согласны с моим выбором на все сто процентов, но стипендия имела для них значение. Они гордились мной по-своему. Учителя и друзья были уверены, что я ее получу. Но я была в ужасе. Я чувствовала, что была близка к тому, чтобы добиться желаемого.

Я потеребила дырку на рукаве свитера.

Я подняла голову и заметила, что Элис смотрит на меня глазами матери, наполненными тревогой и беспокойством, и мне захотелось, чтобы у нее была возможность так же поговорить с собственной дочерью.

– Я не могу говорить за Молли, но, возможно, она тоже за чем-то гналась. Что никак не могла поймать, и просто заполняла эту пустоту тем, чем могла.

– Мы могли дать ей больше, – сказала она. – Мы должны были стараться лучше, чтобы разыскать ее.

– Зависимые, порой, не хотят, чтобы их находили, – ответила я. – Это и без того ужасно.

Элис взглянула на меня и вытерла слезы.

– Дарлин, я бы хотела обнять тебя прямо сейчас. Можно?

Внезапное тепло разлилось в каждой частичке меня. И я кивнула, прошептав:

Она заключила меня в теплые объятия, окружая облаком дорогого парфюма, и я крепко обняла ее в ответ.

Мы долго стояли и обнимались, затем она отстранилась, застенчиво улыбнувшись.

– Ну, я вдруг очень проголодалась. Может, поужинаем?

– Как насчет запеканки с тунцом?

Я напечатал последнее предложение во втором из двух тестов.