Сейф за картиной Коровина

Понял, что если хочу выпутаться из этой истории, то должен идти до конца. Когда на дачу приехал твой друг, решил: другого шанса не будет. Прости.

– Извиняешься, да? – Дайнека с вызовом смотрела в его глаза. – Как будто не собираешься меня убивать сейчас!

Растягивая слова, Вилор внятно произнес:

– Я уже сказал: от того, что ты мне ответишь, зависит, как я с тобой поступлю. И запомни – я не убивал Нину!

Дайнека с трудом приходила в себя. Пытаясь осознать и оценить свое положение, она не верила в то, что Вилор оставит ее в живых.

Скорее, он и сам пока не знал, что с ней делать.

Уже несколько минут она оставалась одна в доме. Крепко привязанная к стулу, прислушивалась к звукам, доносившимся из-за двери. Там из ее комнаты выбирался Тишотка.

Вилор уехал за отцовским джипом, который остался стоять на полпути. По дороге они попали в аварию и до аэропорта ехали на такси. Поэтому Вилор вернулся на дачу раньше. Трагическое стечение обстоятельств. Не хотелось верить, что оно может стоить ей жизни.

Дверь приоткрылась.

В образовавшуюся щель просунулась голова Тишотки. Увидав, что, кроме хозяйки, в комнате никого нет, пес бросился к ней.

– Милый… милый мой… – только и могла промолвить Дайнека.

Она плакала и приговаривала, глотая слезы:

– Ты не сможешь мне помочь, беги отсюда!

Тишотка так не думал. Пес подпрыгивал, пытаясь лизнуть ее сначала в лицо, а потом в вывернутые назад руки, словно убеждая в обратном.

Оптимистический настрой собаки отчасти передался Дайнеке. Попытавшись раскачаться на стуле, она попробовала переместиться поближе к письменному столу.

И это ей удалось. Она продвигалась медленно, сантиметр за сантиметром. Опасаясь упасть вместе со стулом, Дайнека решила немного передохнуть и подумать, что делать дальше.

Даже если она доберется до стола, это ничего ей не даст. Открыть выдвижной ящик, может быть, и удастся, но есть ли в нем что-то острое – большой вопрос.

Решив все же попробовать, она снова начала раскачиваться и понемногу придвигаться к столу. Она боялась упасть, но все же это случилось… Падая на бок, Дайнека очень больно ударила руку, зажатую между спинкой стула и полом.

Расценив падение как желание быть ближе к нему, Тишотка с воодушевлением кинулся к ней, вылизывая поочередно уши, нос и глаза… Дайнека отворачивалась, не в силах избавиться от такого бурного проявления щенячьего восторга. Выворачивая донельзя голову, она оказалась под столом. Прямо перед ее носом лежал канцелярский нож с острым, как бритва, лезвием.