Прикусываю влажную от моих поцелуев кожу, провожу языком по губам, чтобы распробовать его особенный мужской вкус: дым и капелька морозного цитруса. Я как будто выпила что-то очень крепкое, потому что в голову бьет мгновенно, вытравливает оттуда приличные мысли, и разговоры о той самой «штанге» больше не кажутся такими пугающе стыдными. – В той статье писали, что мужской язык с пирсингом любая женщина захочет у себя между ног.
— Меня не интересует любая женщина, Туман, - Он немного отклоняет голову, позволяет целовать себя у самой кромки с одеждой, но не подпускает к «змейке».
– Ты этого хочешь?
— Хочу, - без заминки, без раздумий. У меня было время представить, как это могло бы быть, но все мои фантазии не имели ничего общего с образами, которые рождаются в моей голове прямо сейчас.
Антон бросает косой взгляд на официантку, которая желает нам приятного аппетита и торопливо выходит. Прижимается к моим губам и обещает:
— Тебе понравится, малышка. Надеюсь, так сильно понравится, что тогда у меня действительно заложит уши.
Я пытаюсь поймать его язык, но Мой Мужчина почти за руку пересаживает меня обратно на противоположную сторону стола, возвращается на место и говорит:
— Серьезные разговоры, Туман. Ешь.
Пару минут мы просто наслаждаемся едой на наших тарелках, а потом, когда от моего стейка остается меньше половины, Антон вдруг спрашивает:
— Ты не будешь против найти подходящие противозачаточные? Хотя, можно использовать…
— Я уже об этом подумала, - признаюсь я. Рассказываю, что спросила у подруги адрес ее женского врача и уже сходила к ней.
В конец следующей недели мне нужно пойти на укол. Вот.
— Малышка, ну-ка посмотри на меня.
Послушно испольною просьбу и нервно сглатываю, под очень многозначительным потемневшим взглядом и самой соблазнительной в мире полуулыбкой уголком рта.
— Я сейчас завелся просто пипец. – Антон на секунду жмурится, переводит дыхание, и быстро переводит тему: - Только цветы не приноси, хорошо? Я все равно забуду за ними ухаживать.
— А улитку можно?
— Зачем тебе улитка? – Его потряхивает от с трудом сдерживаемого смеха.
— Хочу, а мама говорит, что они мерзкие. – Я не шучу: давно хочу завести большую ахатину, раз уж коты из-за папиной аллергии навеки под запретом. – Можем вместе выбрать. Они всякие разные бывают.
Пока он вникает в смысл моих слов, я в отместку забираю кусок стейка с его тарелки и с триумфальным видом отправляю свою добычу в рот.
— Ты серьезно насчет улитки? – Антон до сих пор не верит.
