У него безупречный профиль: аккуратная густая бородка по краю тяжелой квадратной челюсти и до самых висков, крупный нос с горбинкой, растрепанные светлые волосы, густые ресницы."
"Мое сердце останавливается. Он немного запрокидывает голову, выпускает дым, пробегает языком по нижней губе. Официально: теперь это самое сексуальное, самое невыносимо горячее, что я только видела в жизни.
Если бы в эту минуту передо мной появился Дьявол и предложил его любовь в обмен на мою душу, я бы благодарила рогатого за спасение.
— Черт, - говорю слишком громко, и привлекаю к себе внимание.
Он поворачивает голову, смотрит совершенно непроницаемым льдисто-голубым взглядом. Снова затягивается, медленно выпускает дым уголком рта. Хочу стать воздухом вокруг него, чтобы поймать это горькое сизое облачко.
— Перезвони мне завтра в восемь тридцать, - говорит в телефон, и роняет его в карман темных брюк. – Привет, Девочка с Оленями.
Мое сердце по-прежнему не бьется, и в груди собирается огромный шар разрушительной энергии. Жжет, щекочется, и мне одновременно хочется и плакать, и смеяться.
Как будто я бежала и с размаху врезалась лбом в непробиваемую стену, на которой огромными буквами написано: «ЭТО ОН». И мне плевать, что ему точно около тридцати и моя внутренняя система безопасности уже обматывает его кислотно-желтой защитной лентой, на которой написано: «Рейтинг – 21+».
«Я люблю Вас… Дым» - в своей фантазии отвечаю я, и после этих слов он прижимает меня к своему огромному крепкому телу, целует своими офигенными губами и его язык…
Я четко слышу отсчет курантов: раз, два, три… Хлопок открытого шампанского.
Вибрацию телефона у меня в кармане. Это точно мама. Нужно быстрее бежать в дом, а вместо этого я иду к Своему Мужчине – уверена, у него волшебное имя – и обхватываю его запястье ладонями в оранжевых варежках. Плевать, что смотрится нелепо, что его лицо все так же ничего не выражает.
— Красивые часы, Дым, - ловлю его взгляд и в эту минуту живу только им.
Он зажимает сигарету губами, снимает часы и неторопливо застегивает ремешок на моем запястье.
Как раз справляется к последнему удару курантов.
— С Новым годом, Девочка с Оленями.
Мой мир немилосердно шатается, каменные стены самообладания превращаются в папиросную бумагу и сгорают дотла. Ноги подгибаются, меня вот-вот смоет соленым цунами еще непролитых слез. Цепляюсь в плечи Своего Мужчины, поднимаюсь на носочки, шумно втягиваю запах у ворота рубашки – и все-таки тону, мгновенно ухожу с головой под лед.
