Нам придется провести ночь в коттедже!
Вот! Это должно было убедить Леона в том, что она не больше его радуется такому повороту событий.
– Сейди, даю тебе слово, ты будешь в безопасности в этом доме.
Девушка отвернулась и зашагала в сторону коттеджа, размышляя о том, нужна ли ей эта «безопасность». Нет! Совсем наоборот. Она желала провести ночь в объятиях Леона, наслаждаясь его телом, исследуя его, позволяя ему ласкать себя руками, губами и…
Сейди ускорила шаг. Тело обдало жаром. Леон отличный любовник.
Девушка знала это наверняка. Но по какой-то ему одному известной причине он не хочет показать, на что способен.
Наблюдая за ней, Леон стиснул зубы от сильного желания, охватившего его. Он слишком хорошо помнил, каково это – держать ее в своих объятиях, целовать. Но он дал Сейди слово, что не тронет ее. И сдержит обещание.
Леон отвернулся, взывая к чувству собственного достоинства.
Соблазнить ее доставило бы ему невероятное удовольствие. Леон оперся на машину и отдался фантазиям.
Он бы медленно раздел ее, обнажая дюйм за дюймом роскошное тело, лаская ее, осыпая поцелуями…
Леон закрыл глаза, борясь со своим возбуждением. Слава богу, Сейди ушла достаточно далеко, чтобы увидеть это. Но мысли не так-то просто прогнать…
Леон целовал бы Сейди медленно и дразняще, проникая языком в ее влажный ротик. А потом его язык попробует на вкус ее кожу. Ее грудь…
Леон опустил глаза и заметил силу своего возбуждения. Оно уже причиняло физическую боль.
Сейди почти дошла до коттеджа.
Леону следовало бы пойти за ней, но если он пойдет… Если окажется в нескольких метрах от нее, то, он знал, не сможет выполнить данное обещание.
Он не просто хотел Сейди, он, черт возьми, любил ее!
А любить – значит защищать. И не только от других мужчин, но и от себя самого!
Он не может позволить себе роман с Сейди. По крайней мере до тех пор, пока не завершится сделка и «Франсин» не перейдет к нему. Он должен выполнить обещание, данное бабушке.
А когда с делами будет покончено, у него появится время завоевать Сейди и любить ее.
Сегодня же ему нужно просто пережить эту ночь.
По крайней мере, они не умрут с голоду, ожидая машину. Спасибо Сейди. Леон закрыл глаза, возродив в памяти сцену, когда она протянула ему оливку. Невинная Ева!
Его возбуждение возросло. Леон тихо выругался. Ему тридцать четыре года. Прошел тот возраст, когда он возбуждался, просто думая о сексе.
Но Леон не просто думал о сексе. Он думал о Сейди.
