После моего вдохновенного рассказа, Ксюша сидела, задумчиво помешивая свой чай, которого уже почти не осталось.
- Странная ты Варя, конечно. – Выдала она вердикт.
- Это ещё почему? Что именно странно? – Я совсем на неё не обижалась за подобные высказывания, будучи уверенной, что подруга говорит это любя.
- Ну не понимаю я, зачем ты столько лет бегала, скрывала свою дочку, а тут вдруг резко – бац, решила вывалить новости на Славу. Чего сразу было не сказать?
- Я думала, ты меня слушала.
- Слушать, не значит поддерживать.
Я тебе сразу говорила, что надо ему рассказать, неправильно всё это.
- Как ты не понимаешь, не могла я тогда. Во-первых, меня всю колотило в его присутствии, а мне сказали не волноваться, я ведь в больнице уже на грани была. Как ты думаешь, если бы я сказала Славе тогда, что у нас будет ребёнок, он бы меня оставил в покое? Дал бы мне спокойно доносить ребёнка?
- Не знаю, чего сейчас гадать, что было бы да как. Можно было родить, и после этого ему сказать.
- Ты так говоришь, потому что тебя ещё не предавали.
Вот представь, что ты пришла домой, и застала, как твой Эдик кувыркается с какой-то барышней.
- Фу, не говори так – бросила в меня сахарным саше Ксюша, и поморщилась.
- Ну вот. Я была так сильно обижена. Да и я же думала, у них там ребёнок будет. Мне казалось, что он нашу семью променял на другую, и мне не хотелось быть слабой стороной. Я хотела быть той, кто уйдет с гордо поднятой головой.
- Ну и дурочка.
- Сама такая.
- А сейчас всё, обижаться перестала?
Я ненадолго замолчала, собираясь с мыслями, чтобы точнее передать, что послужило толчком для принятия этого решения.
- Понимаешь, я когда про Макса и Нину узнала, мне вся эта ситуация напомнила нас со Славой. Не буквально, конечно, а просто в целом. Они оба недоговаривали, врали, и вот к чему это привело. Сейчас в итоге пострадали все, да ещё и к этому прибавился один человек, то есть я. Вот я и перенесла их случай, на себя. Мне не хотелось бы, чтобы однажды, из-за наших со Славой решений больно было Софии.
Поэтому я и решила, пока не поздно, попытаться восстановить хотя бы ту часть, которая восстановлению подлежит. И для начала рассказала Славе о дочери.
- Не понимаю, как он тебя не прибил, когда ты ему сказала.
Я лишь пожала плечами.
- Мне вообще показалось на несколько секунд, что он уже знал. Хотя наверняка он знать не мог. Может, просто догадывался. Мы с ним оба изменились и выросли за эти годы.
