Ого! Надеюсь, там не тортик?
Когда я мысленно задала этот вопрос Элле, та рассмеялась в голос и мысленно поторопила:
«Открывай скорее!»
«А ты разве не знаешь, что там?»
«Знаю! Поэтому открывай!»
Звучало настораживающе. Я подцепила лапой бант и потянула зубами ленту, а потом осторожно приподняла магией крышку и… шлепнулась на попу.
Внутри оказалось свадебное платье! Оно белым облаком выпорхнуло из коробки, покружилось вокруг своей оси, давая как следует полюбоваться вышивкой из голубых, белых и розовых жемчужин на лифе и легчайшей юбкой.
Затем платье изобразило подобие поклона. Больше оно ничего не успело сотворить, потому что я трансформировалась, схватила его в охапку и радостно взвизгнула:
– Это мне?!
– Это же ты у нас невеста, – добродушно фыркнула мама.
– А как же традиция?
– Никто не скажет, что Симона Рыжая зажала для единственной дочери свадебное платье!
И подарки приготовила не только мама. Элла и девочки подарили мне изумительные, расшитые жемчугом туфли. Тетушки – свадебную тиару и фату.
Так что на ковер из белоснежных лепестков магнолии я ступила настоящей невестой и в тот же миг увидела Рендела, идущего по другому проходу. Мы должны были встретиться возле ритуальной чаши, у которой нас уже ожидал папа в облике черного дракона. По традиции фамильяров невесту выдавал замуж ее отец. Это ему предстояло произнести напутствие и передать меня в род жениха. Совсем скоро я должна была стать Даниэллой Аратейр.
До ритуальной чаши оставалось всего несколько шагов, всего мгновение меня и Рендела отделяло от того, чтобы мы погрузили свои руки в священную воду, как вдруг вокруг архимага сгустился сумрак, он окутал его плотным коконом, а когда лопнул, то на дорожке из белоснежных лепестков стоял черный барс.
– Рендел?.. Но как такое возможно?
– Подарок Кар-Шана, – в не совсем привычном рыке все равно угадывался голос Рендела.
– Этот мир благоволит своему Хранителю, – философски заметил черный дракон и многозначительно посмотрел на меня.
И верно. Что это я?
В свадебную чашу погрузились две кошачьи лапы, и тогда дракон заговорил на древнем языке. Раньше он казался мне средоточием древней магии и тайн, теперь же я понимала каждое слово – ведь это был язык Кар-Шана.
– Я, Говард Наблюдатель, отдаю свою дочь Даниэллу Тихую и завещаю беречь ее, любить и быть опорой, пока не угаснет свет ночи."
"И ритуальная чаша вспыхнула фиолетовым, а в ее глубине я увидела звезды другого мира.
