Это была разработка темных жрецов, пробуждающая звериную суть фамильяра. Если принимать в малых дозах, она в какой-то степени полезна. Повышает силу, ловкость и прочие физические качества, но Марк слишком налегал на конфеты…
Я потрясенно мяукнула, вспомнив неизменные леденцы Марка. Бросив курить, он постоянно посасывал конфеты на палочке и в момент нахождения Эллы и Люка в дуэльном круге как раз яростно грыз одну из них.
– Ему можно помочь?
– Процесс обратим, но потребуется время. И устойчивая связь с Люком, которая была прервана.
Целители совместно с Альфредом Снежным сейчас пытаются выяснить, что же произошло.
Лорд Рендел произнес это совершенно спокойно, не отрывая взгляда от арены. Я же от его слов вздрогнула и едва не свалилась со стула, удержалась только благодаря левитации.
– Уверена, они во всем разберутся, – слабо пролепетала я.
– Я тоже. Вы понимаете, что Люку в данный момент нежелательно покидать Кар-Шан? Он должен находиться рядом со своим фамильяром.
– Понимаю. Простите, я не подумала, что его отлучка скажется на Марке.
Выходит, я оказалась права, штраф по магической сделке ударил не только по Люку, но и по его фамильяру. Если прежде я еще сомневалась, то теперь была уверена на все сто процентов. Люка надо было спасти от расплаты, а я всего лишь нашла подходящее решение, пусть и не совсем законное.
– Надеюсь, вы помните, что обед состоится через два часа. Прошу по возможности не опаздывать. – Абсолютно нейтральная фраза, но тон… он мне сказал о многом.
Лорду Ренделу безумно хотелось побыть со мной наедине.
У нас было так мало времени для свиданий, что даже случайные встречи, вроде этой, казались значимым событием. Порой мы сталкивались в коридорах академии, иногда лорд Рендел присутствовал на занятиях фамильяров. Я научилась ценить мимолетные обмены взглядами, стала понимать, когда чуть ироничная улыбка, возникающая на губах архимага, предназначалась мне одной. Но больше всего я обожала моменты, когда он без предупреждения появлялся в моей комнате. Странно, но прежде я не задумывалась, что в этом есть нечто предосудительное.
Теперь же, когда лорд Рендел сказал об этом прямо, я и сама осознала: это действительно так. Но тем ценнее становились тайные визиты, окутанные флером чего-то запретного. Лорд Рендел всегда вел себя безупречно, но уже то, что я видела его в своей комнате, заставляло все внутри переворачиваться и петь от восторга.
Фигуры Люка и Эллы сделались далекими. Происходящее внизу перестало меня интересовать.
