Секретарь лорда Демона

— Сепп, Орхан, Демар. Этих мало?"

"— Это несерьезные, — чуть поменяв положение, он мягко перекинул через меня ногу, прижимая к матрасу. — С ними я справлюсь, но мне нужно знать, ждет ли тебя кто-нибудь там. В твоей параллели. Хочешь ли ты к нему вернуться?

— Может, о погоде поговорим? — простонала я. — Эта болтовня не имеет смысла. Я — синий офисный чулок, вы — волокита с тонной баб в анамнезе. Интерес потеряете очень быстро. Галочку просто поставите у себя в блокнотике, что Арина под вами была, и пойдете дальше искать непокоренных.

Он замер. Слышно было только глубокое дыхание.

Снаружи загрохотало. Засверкало. Гром, молнии, словно небеса взбесились.

— Этого не будет, — наконец, выдохнул он. — Ты не понимаешь разницы, но её осознаю я. Женщин не будет. Измен не будет. Я умею быть верным, Арина, потому как, по сути, однолюб.

— Просто до этого не любили? — хмыкнула я.

— Да, — он остался серьезен. — Никогда.

Его руки сжались плотнее.

Слов у меня не осталось. Да и у него, похоже, тоже.

Мы просто лежали в полумраке комнаты. Каждый думал о своем.

Глава 65

***

Тепло. Что-то коснулось моего лба. Так приятно. Я улыбнулась и тут же поняла, что сплю. Вернее, уже проснулась. Тяжелый вязкий сон отступал, возвращая меня в реальность.

Снова прикосновение. Открыв глаза, зажмурилась. Резь никуда не делась.

— Тихо, моя девочка, — раздалось надо мной. — Сейчас протру.

Влажная тряпица легла на веки.

— Что это? — прохрипела севшим голосом.

— Чай. А точнее — заварка.

— Я спала?

Тряпица исчезла с глаз. Осмотревшись, сообразила, что мы всё ещё в трактире и за окном темно. Вечер, или может быть уже ночь.

— Да, ты уснула. А после началась горячка.

Инчиро стер дорожки капелек, скатившихся на виски.

— И давно?

Повернув голову, заметила в полумраке комнаты камин, в нем весело трещал огонь. На прикроватной тумбочке стоял деревянный таз, рядом два бокала.

— Давно, Арина. Сейчас уже легче. Я обтирал тебя.

Инчиро выдохнул. Устало. В нем что-то изменилось. Неуловимое, но заметное. Исчезла надменность и некое высокомерие. В подштанниках, с зажатой тряпкой в руках, с морщинками в уголках глаз. Такой простой и понятный.

— Прости, — шепнула я. — Ты измучился со мной.

— Главное, что ты больше не горишь, — он склонился и бережно протер мне шею.