Секретарь лорда Демона

А вот использовать его в своих целях, обогатиться за его счет, пролезть к нему в постель и сцедить за то золотых монет — это в порядке вещей. Это незазорно, ведь он злодей.

Бесчувственный демон, не способный любить.

Мой взгляд остановился на красивом букетике ромашек.

Таких простых и искренних. Ярких и чистых...

Нет, неправда это. Там в глубине души живет еще тот мальчишка, что мечтает о похвале своей мамы. Рисующий красивые пейзажи и любящий котят.

Есть он. Жив. Просто спрятался за ледяной броней, потому как не хочет, чтобы ему делали больно.

— Все можно поправить, — зачем-то шепнула я.

В тишине комнаты мой голос показался странно громким.

— Все что я хочу — счастья для него, Арина. Уже не важно верхний мир или нижний. Мне нигде не будет покоя, пока я не увижу, как он улыбается. Но теперь все это зависит только от тебя.

Тяжело взлетев со стула, она устремилась на балкон и растаяла как дымка.

Поёжившись, я поднялась и пошла на кухню.

***

В коридорах было необычно тихо.

Войдя в приемную, заметила, что кабинет господина Инчиро уже открыт и он с кем-то разговаривает."

"Особо не прислушиваясь, села на свое кресло и покрутилась. Взгляд скользнул по красивому портрету мадам Мелисенты Джакобо. Повинуясь любопытству, поднялась и подошла ближе. Я вглядывалась в полотно, разглядывала детали, ища подпись художника.

И я ее нашла. В нижнем углу у волана бирюзового платья...

«Инчиро Джакобо»

Улыбнувшись, я поразилась, насколько же талантливый этот мужчина.

Но когда красиво, тогда красиво.

Демонесса выглядела словно живая. Чувственный изгиб губ намекал на улыбку. Блеск в глазах отображал, насколько она была жизнерадостной. Молодой, полной сил. Ослепительно прекрасной и холодной.

Он рисовал ее с любовью. Такой, какой видел.

— Арина! — раздалось за моей спиной. Обернувшись, я увидела, как из кабинета босса вышел господин Сепп.

— Да, — я кивнула, — плохо спалось. Наверное, это акклиматизация.

Нашлась я сходу. Подумаешь, слукавила. Ну не признаваться же в собственных кошмарах. Вернувшись за свой стол, заметила на краю у папок с поквартальными отчетами на красивой золотой тарелочки пирожное — корзиночка с клубничками. Даже на вид оно вызывало слюньки.

— Это от вас? — я указала на шедевр кондитерского искусства.

— Э-э-э, — Сепп нахмурился, явно смутившись.