Секретарша для босса (СИ)

Горгона локтем попыталась отпихнуть настырную даму и рукой оттолкнула микрофон от своего лица. В динамиках противно и резко засвистело, а публика осуждающе загомонила.

- Агнесса Романовна! – послышался с заднего плана сцены хололный и твёрдый голос, - Не устраивайте комедию! Говорите, что собирались и покончим, наконец, с этим цирком!

Агнесса кинула на босса затравленный злобный взгляд и снова повернулась к публике. Елизавета услужливо воткнула ей чуть ли не в рот микрофон.

- Я приношу свои извинения, - неохотно начала Горгона, глядя поверх голов, - всем, кого случайно обидела.

Мария – не любовница босса, а я не имею к нему никакого отношения, - завершила она скороговоркой и попыталась, было, отступить назад.

Но Елизавета была и к этому готова. Она подхватила Агнессу за талию, железной рукой удерживая ту на месте, и громко и радостно сказала в микрофон:

- Дорогие друзья! Это был анонс предстоящего выступления! Наша застенчивая Звезда тактично позаботилась о тех, кому вдруг случайно надо спешить, а концерт досмотреть очень хочется.

Люди засмеялись, примеряя абсурдные эпитеты «такт» и «застенчивость» к злобной и бесстыжей Кобре. Из зала послышались реплики дам:

- Давай, стерва, не робей!

- У тебя такой широкий словарный запас!

- Порадуй нас на прощанье!

Лиза снова подсунула микрофон к губам Агнессы и, не разжимая стального объятия у той на талии, едко шепнула бывшей главбухше, но так, чтоб все слышали:

- Теперь поклонись публике, примадонна, и продолжай свою арию! Люди ждут!

Все снова захихикали, а Агнесса Романовна вдруг покраснела до корней волос и невидящим взглядом окинула зал.

"

"- Не робей, Агнесска! Здесь – все свои! – подбодрила солистку из первого ряда Валентина, - Хочешь, мы зажигалки зажжём и над головами помашем? Если тебе на правильный лад настроиться надо?

Агнесса Романовна, было, попыталась смерить нахалку уничижительным взглядом, но дама не растерялась и крикнула:

- Елизавета! Может, ей намордник надеть? Смотри, а то вцепится! А потом ходи, после неё, бешенство лечи!

- Довольно! – остановила её Лиза, - Агнесса Романовна, Вы испытываете наше терпение! Начинайте же наконец!

Горгона, наконец, опустила взгляд на толпу.

Сотня ненавидящих глаз упёрлась в её лицо и стало понятно, что, пока она не унизит себя до полного истощения своей ядовитой желчи, никто её никуда не отпустит.

***

Она-то надеялась, что быстро и очень формально принесёт извинения и вычеркнет этот день из памяти, как и не было.