К тому же сестра…
— Что сестра? — я начала откровенно злиться.
— Не каждый согласится воспитывать чужого ребенка. В вас нет ничего особенного, но вы нравитесь мне. Более того, вы мне подходите. Будучи порядочным человеком, я не предлагаю ничего предосудительного. Можем сразу начать жить вместе. Вы сами говорили о сложном финансовом положении, вынудившем срочно искать работу, и я готов нести определенные потери. Вам нужна поддержка, а мне порядочная женщина, способная вести хозяйство: стирать, готовить, убираться, заботиться обо мне.
Моя мама умерла больше года назад, и с тех пор мне сложно привыкнуть к одинокой жизни. Вы на нее очень похожи — те же глаза, волосы…
Я едва удержалась от того, чтобы немедленно не подняться и не уйти прочь. Подальше от Гены и его признаний. Мне было все равно, на кого я похожа. И уж точно я не собиралась становиться для него мамочкой, даже если и была обычной. Он же все говорил и говорил, расписывая преимущества нашей с ним совместной жизни. И обставлял все это так, словно я должна быть предельно благодарной только за то, что на меня обратили внимание.
— Ки!..
Прибежала Маша, полная чистого детского восторга. Она нашла очень красивый камень и решила подарить его мне.
— Кра…ивый, — восхищалась она, вкладывая находку мне в ладонь. — Нра?..
— Да, очень нравится, — поддержала я, на несколько секунд забыв о существовании Гены.
Но он не забыл о нас, к несчастью. Стоило Маше убежать обратно на площадку, как он покачал головой и недовольно поцокал языком.
— Это наследственное? — недовольно поинтересовался он.
— Со временем я бы хотел завести детей. Но это…
— Что значит «это»?! — возмутилась я. — Маша страдает из-за смерти родителей, вы знаете об этом. Да, у нее есть небольшие проблемы, но это не повод говорить о ней в подобном тоне.
Гена нахмурился, словно увидел в утренней овсянке таракана вместо изюма. Словом, совсем не то, чего ожидал.
— Не знал, что вы настолько вспыльчивы, — снова покачал головой. — Вы не говорили, что девочка отстает в развитии. Это может стать проблемой для наших отношений.
— Она не отстаёт! — объявила я так громко, что проходившая мимо пара удивлено обернулась. — И у нас не будет никаких отношений. Вы можете отомстить мне, Геннадий Петрович и сделать так, что меня уволят. Может быть, так будет даже лучше.
Поднялась и направилась к детской площадке, чтобы забрать Машу и уйти подальше от этого ужасного человека и его обидных слов."
"— Я не стану раскрывать ваш секрет, — донеслось мне в спину.
