Он развернулся к девушке, и она почувствовала, как его сердце набирает разбег, готовое взорваться подобно гранате:
— Прости. Я — монстр! Не хочу детей, потому что их плач сводит меня с ума. Никогда не смогу стать отцом.
Василиса подошла ближе.
Вентура тут подошёл к окну и сжал руками голову:
— Не смотри на меня! Я убийца! Не могу ничего вернуть назад! Не могу выносить детский плач, он разрывает мне череп!
Не смотри на меня, пожалуйста…
Пот катился по лицу Полковника. Сосуды в глазах полопались, капилляры налились кровью.
Паническая атака, ПТСР — не важно, что это, но это не даёт ему жить.
Василиса подошла и осторожно обняла его:
— Олег, посмотри на меня!
Это была случайность. Чистая случайность. Такое бывает на войне.
Его лицо исказила гримаса боли. Он опустился на колени перед девушкой и уткнулся лицом в плоский живот.
— Тише, милый, тише.
Всё прошло. Всё позади. Ты ни в чём не виноват.
Ребёнок жив, он в другой семье, его усыновили. У него новые мама и папа, он их любит. Он счастлив.
Успокойся.
Почувствуй, как тепло моего сердца проникает в твою грудь. Тает лёд, который сковывал твою душу.
В твоей груди тёплый огонек — это росток любви.
Помоги ему расправиться.
Позволь колючей проволоке чувства вины отступить и дать ему пространство для роста.
Всё хорошо.
То, что случилось — в прошлом. Оно ушло. Исчезло.
Так было нужно для чего-то.
Ты свободен.
Ты любим.
Ты — хороший человек.
Она баюкала сильного мужчину в своих руках. Гладила его колючий ёжик волос. Целовала макушку.
Он стоял на коленях, обнимая её хрупкий стан, словно Василиса — его опора. То, что удерживает в этой жизни и не даёт упасть в бездну.
Когда буря отшумела, понадобилось ещё несколько минут тишины, чтобы мужчина пришёл в себя.
Затем Олег встал и крепко обнял Василису. Осторожно поцеловал в шею, не в силах противиться запаху девушки, сводящему его с ума.
Затем поднял Василису на руки и унёс в свою спальню:
— К чёрту всё. Хочу тебя. С первого взгляда. Нет, пожалуй, с первого слова, когда услышал твой голос по телефону.
Сдохнуть готов, лишь бы ты позволила дотронуться. Поцеловать. Хотя бы один раз.
Знаю, что недостоин, но всё равно надеюсь…
Глава 19
Глава 19"
"Время любить…
Он бесстрашно смотрел девушке в глаза и молил о пощаде. О милости — великой, незаслуженной, но такой желанной. Необходимой. Выстраданной.
И Василиса сама потянулась к нему губами, когда он бережно положил её на покрывало, словно это хрустальный цветок, хрупкий и невесомый.
