— Ну-ну… Чирикайте, пташки, покуда кот спит…
Затем, почесав голое пузо, развернулся и удалился в коридор, откуда вскоре послышалось громоподобное пение:"
"— Таганка! Я твой бессменный арестант! Погибли юность и талант в твоих стенах!..
— Господи… — испуганно перекрестилась либерально-демократическая бабулька.
Участники собрания заметно приуныли. Однако, поскольку назревший вопрос с повестки дня снят не был, бывший интеллигент после долгого молчания неожиданно предложил:
— Одну минуту, товарищи! Кажется, я кое-что придумал… — И мышкой шмыгнув в свою комнату, вернулся оттуда с замусоленной популярной газетой ярко-желтого окраса.
— Где же оно? Ах вот — нашел!
Участники собрания тесно окружили своего спикера.
— «Экстренное выведение из запоя, — начал шепотом читать интеллигент. — Новейшая методика. Стопроцентная гарантия!.. — И добавил кисло: — Дорого…»
Жильцы оживленно загудели. В конце концов решение было принято. И принято на удивление единогласно!
— Лучше дорого, зато надежно, — гласил общий вердикт.
— На это никаких денег не жалко…
Не прошло и часа, как в квартиру на Пятницкой уверенно позвонили, и перед глазами открывших дверь жильцов предстали два здоровенных бугая в санитарских халатах сомнительной свежести. В руках у одного из них был обыкновенный чемодан; у другого — заранее приготовленная квитанция.
— Работаем только по факту оплаты, — мрачно сообщили они. И предъявили ошеломленным жильцам счет на кругленькую сумму.
Растерянный спикер-интеллигент дрожащими руками тщательно пересчитал общественные деньги и вручил их санитарам.
— Вы уверены, что он протрезвеет? — недоверчиво спросил он.
— Будь спок, дядя! — усмехнулся один из «вытрезвителей». — Фирма гарантирует… Так где клиент?
Клиент из своей комнаты самозабвенно рвал душу:
— Мур-р-ка! Ты мой муре-о-ночек!..
— Слабонервных просим не смотреть, — бросил жильцам второй санитар. И оба бугая без стука решительно вошли в комнату алкоголика.
Что там происходило, злополучным жильцам в точности неизвестно до сих пор.
Ибо дверь тотчас захлопнулась. Песня Степана оборвалась. А вместо нее раздался страшный грохот. Процесс «вытрезвления» пошел.
Одновременно с его началом дверь коммунальной квартиры сама собой распахнулась, и в нее толпой стремительно хлынули вооруженные омоновцы в масках. Насмерть перепуганные жильцы остолбенели, а незваные гости ворвались в комнату Степана, из которой послышался звон разбитого стекла и отчаянный крик. Затем все смолкло.
