— Это письмо? — спросил Турецкий, показав женщине конверт с домашним адресом Меркулова.
— Оно самое, — подтвердила дачница. — Так это, стало быть, он вам написал? В Генпрокуратуру?
Не ответив, Турецкий предложил свидетельнице внимательно осмотреть дом профессора и постараться вспомнить: ничего из вещей не пропало? Нет ли чего-нибудь странного в обстановке?
— Как будто нет. Все как и раньше было, при покойнике. Вот разве что дверь он никогда изнутри на ключ не запирал, — вдруг заметила женщина, возвратившись на веранду.
— Всегда только на защелку. Плохонький был замок. Туго запирался.
Ощутив знакомое волнение, Турецкий насторожился. Неужели у него наконец появился след?!
— Вы уверены, что именно на защелку?"
"— Так уж я его привычки знала! И шпингалет этот ему мой покойный муж подарил. Особенный шпингалет — старинный. Теперь таких и не выпускают.
Взглянув на входную дверь, Александр Борисович вспомнил, что еще в ходе предварительного осмотра сразу обратил внимание на прикрученный к ней массивный бронзовый шпингалет, должно быть, украшавший некогда оконную раму старинного московского дома.
Выходит, если дверь была заперта на ключ, то сделал это не покойный профессор, а кто-то другой. И этот другой наверняка запер дверь снаружи!
— Спасибо вам, Антонина Максимовна, — сдерживая волнение, поблагодарил он дачницу. — То, что вы сообщили, для нас очень важно.
— А толку-то? Нашему Карлу Иванычу теперь уже все едино, — сокрушенно вздохнула женщина.
— И как же это он? И на помощь никого не позвал, когда худо себя почувствовал… Верно говорит наш батюшка: человек он как трава. Нынче есть, а завтра глядишь — и нету его…
Отпустив вперед оперативную группу, Турецкий еще немного посидел на веранде дачи покойного профессора, размышляя о тех немногочисленных фактах, которые, хотя и не могли прояснить картину произошедшего, но определенно указывали на то, что здесь все-таки произошло убийство. Тихое и незаметное. О каких нынче принято говорить — профессиональное.
Из чего можно без труда сделать вывод, что найти этого профессионала (или профессионалов?) будет очень непросто. Вопросов было множество. Куда больше, чем ответов. К примеру, почему Карл Ленц — по отзывам соседей, отнюдь не слабый и не робкий человек — не оказал убийце никакого сопротивления? Не позвал на помощь? Непонятно также: как именно он был убит? (Впрочем, на этот вопрос очень скоро должно было ответить вскрытие.
