— Надзирающий прокурор Турецкий, — сняв очки, произнес Александр Борисович, который был несказанно рад тому, что вся эта жутковатая комедия наконец закончилась. — Сейчас мы отвезем вас на Петровку, и вы нам еще раз подробно все расскажете…
Потрясенный адвокат стал судорожно глотать пересохшими губами воздух. Казалось, его вот-вот хватит удар.
Внезапно под сводами громыхнул выстрел. Нелепо взмахнув руками, адвокат откинулся навзничь. Во лбу его зияла кровавая дыра.
— Берегись, Марк! — крикнул Турецкий. Но Майер, зажимая ладонью окровавленное плечо, уже медленно оседал на землю.
Следующая пуля просвистела возле самой головы прокурора.
Присев рядом с Майером, Турецкий выхватил из-за пояса ТТ и настороженно огляделся. Казалось, в огромном полутемном гараже не было ни души.
— Марк, ты в порядке? — шепотом спросил он.
— Кость вроде не задело, — стиснув зубы, ответил тот. — А вот клиенту, похоже, крышка…"
"Надо сказать, что подобная развязка вовсе не входила в их планы. Так же, как излишняя откровенность адвоката определенно не входила в планы его мафиозных покровителей.
— Давай, прокурор, действуй, — скривился Майер, — а то ведь уйдет гад…
Прячась за грудами строительного хлама и держа наготове пистолет, Турецкий короткими перебежками бросился к выходу. Из темноты внезапно громыхнул выстрел, отдаваясь раскатистым эхом под бетонными сводами. Затем послышался затаенный шорох и тут же сорвался в топот бегущих ног. Вскинув оружие покойного адвоката, Александр Борисович наугад послал вслед бегущему несколько пуль.
В ответ — огненным веером трассирующих — ударила длинная очередь из автомата. Послышался звон разбитого стекла. Загремели какие-то жестянки. И на голову прокурора посыпались зубчатые крошки бетона. Потом в освещенном проеме на мгновение промелькнули две стремительные фигуры, и вскоре с улицы долетел рев мощного автомобильного мотора.
Когда Турецкий выскочил из подземного гаража и впопыхах взбежал по эстакаде, то успел заметить лишь удаляющиеся огни большого темного и уже знакомого джипа.
— Черт! — с досадой воскликнул Александр Борисович. И немедленно бросился назад, к истекавшему кровью Майеру.
Вырвавшись с территории стройки на набережную, черный джип «чероки» с затемненными стеклами заметно сбавил ход и покатил в сторону печально знаменитого «Белого дома». В машине сидели трое мужчин. Немного отдышавшись, один из них отложил автомат, взял лежавший между сиденьями мобильный телефон и молча натюкал на клавишах какой-то мелодичный номер.
