Онлайн-библиотека книг
Только что Лыков с Азвестопуло спасли от верной гибели его брата, вытащили из колымских гор, где страшный Сашка Македонец уже приговорил Михаила к смерти. Теперь Сорокоум считал себя их должником. На это сыщик и рассчитывал.
Как всегда, для того чтобы договориться о встрече с «иван иванычем», Лыков телефонировал его адвокату Аванесяну:
– Сурен Оганесович, мне нужен ваш набольший. Срочно!
– Господин Вырапаев сейчас в Москве.
– Когда он вернется?
– Завтра ночью.
– Передайте ему мою просьбу, хорошо? Буду ждать вашего звонка.
Лыков разъединил телефонную связь с присяжным поверенным и спросил жену:
– Авдотья уже ушла?
– А ты как думал? – возмутилась Ольга Дмитриевна. – Одиннадцатый час ночи. Вы там совсем сдурели, скоро дорогу домой забудете.
– Тогда сойди за кухарку, разогрей мне чего-нибудь поесть.
– Я подам тебе на кухне, ладно?
– Угу.
Статский советник вымыл руки и пошел в столовую за английской горькой водкой. Отнес ее в кабинет, пряча от жены, там ухнул большую рюмку и устало развалился в кресле.
Много лет назад Алексей Николаевич уже сталкивался с подобным. На Сахалине японцы вербовали русских каторжников, устраивали им побеги, обучали шпионским приемам и возвращали в Россию с поддельными документами. Они создали целую разведывательную сеть из уголовных[15]. Еле удалось тогда ликвидировать эту агентурную организацию, и то не до конца.
Ответ на этот вопрос Лыков получил через сорок восемь часов.
Сорокоум выслушал гостя с непроницаемым лицом, посмотрел зачем-то в окно и уточнил:
– Шнуры с узлами чьи были, Пашки или того германца?
– Мы нашли в номере у Веделе.
– Он и принес.
– Почему ты так думаешь? – встрепенулся статский советник.
– Я встречался с Бравым месяц назад. И он предложил мне наладить наблюдение за железными дорогами, по которым снабжается Северо-Западный фронт.
– Ого! Так прямо и предложил шпионить на врага?
– Без всяких там… как уж?
– Эвфемизмов?
– Да, без них, – кивнул «иван иваныч».
– По законам военного времени расстрельное дело, – осторожно напомнил сыщик.
